Трофейный…
— Этот топор принадлежал ярлу, которому я лично отрубил голову, — выкрикнул я, провоцируя мужчину, и… помогло. Он разозлился.
Прорычав что-то непонятное, ярл сделал шаг вперёд, потом ещё один, а миг спустя наши топоры скрестились. И, к удивлению мужчины, его отбросило назад.
Со времён прошлой битвы с викингами я стал куда сильнее. А если бы питомцы не тянули из меня силы…
Ладно, не буду о грустном. Буду о ярле! Он отбросил копьё и, выхватив второй топор, тут же пустил его в дело. Но я отскочил назад и плюнул тому в лицо.
Ярл прикрылся топором, а кислота, попавшая на его лезвие, громко зашипела. Но я тут же атаковал своим топором и на этот раз влил больше магии в удар. Настолько, что ярл рефлекторно дёрнулся в сторону, уходя от удара.
Он сразу же атаковал меня, пытаясь достать, но моя рука покрылась алмазной коркой, и я отбил лезвие топора, после чего атаковал своим. Ярлу пришлось защититься своим оружием, за что он поплатился ударом электричеством.
Несколько защитных артефактов здоровяка лопнули, а сам он попятился назад.
Я же начал давить и обрушивать удар за ударом, активно используя силу Блэр и не забывая плеваться кислотой.
Ярл не мог защищаться от топора и кислоты одновременно, так что несколько раз я попал ему в лицо. Это сильно бесило его, но урона нанести не могло. Он попросту закрывался плотным слоем маны. Но и не забывал бить огненными топорами.
Правда, в этой буре огонь был, мягко говоря, неэффективным.
— Да будь ты проклят! — выругался викинг и, взорвавшись маной, начал краснеть, а вены раздуваться.
Берсерк!
— Обернись! — приказал я, и скандинав кинул взгляд назад, чем я и воспользовался, атакуя в полную мощь. Тот, конечно, успел среагировать, вот только я оказался сильнее, и мой топор вспорол ему грудную клетку. Жаль, что не глубоко. Не убило…
— Мерзавец! — яростно прокричал ярл, а магия в его теле начала бушевать. Глаза налились кровью, зубы оскалились, мышцы вздулись. Но… и кровь лилась рекой.
— Ты уже труп, и сейчас я отрублю твою голову, — я бросился вперёд, а тот взревел и, подняв топоры, заставил их пылать словно это огненные шары.
С рёвом, полным ярости, он ударил меня обоими топорами крест-накрест, но вдруг обнаружил копьё в моих руках, вонзённое в его грудь.
— Обманул, — оскалился я и выдернул копьё из сердца ярла. А Мия, которая изображала мой пояс, довольно зашипела. Берсерк даёт силу, но разум ослабевает… Так что он сам виноват, что так позорно погиб. И ещё…
Я огляделся, и тут как-то всё в трупах.
