Сейчас сознание Бамбика боролось за жизнь в питательной энергетической среде. Игнат мог лишь проверять его состояние, но ни в коем случае не мог вмешаться.
Однако помимо него здесь были и другие люди, которые могли внести фактор случайности. Игнат то и дело ощущал их внимание и следы сканирующих навыков. Их неумелые действия могли быть довольно опасными.
«Вы можете применять лишь сканирующие и зрительные навыки, — обратился он к замершим наблюдателям. — Но никакого ментального вмешательства, иначе зверь умрет, а процесс будет прерван».
Обращение приняли к сведению — идиотов среди присутствующих не было. Если кто-то случайно оборвет столь важный урок, то жизнь на базе для него обернется множеством проблем.
Минуты шли одна за другой, складываясь в часы. Разум пса бился в оковах, но никаких других изменений пока не происходило.
«Ну же, Бамб, — в очередной подумал Игнат. — Чего ты ждешь? Начинай создавать тело».
Содержимое яйца представляло собой идеальную энергетическую и питательную субстанцию для построения.
Но Бамб то ли испугавшись, то ли испытав другие проблемы, медлил. Время его было ограничено — если разум устанет, то без построенной основы рассеется в небытие.
Игнат рассмотрел в голове несколько вариантов вмешательства, но в итоге отклонил их. Это было чужое испытание, в которое он не мог вмешаться. Псу следовало научиться преодолевать трудности самостоятельно, или он все равно рано или поздно погибнет, когда Игнат не сможет прийти на помощь.
Мужчина продолжал пребывать в раздумьях, когда судьба, наконец, сжалилась над псом.
Почти неуловимый импульс вспыхнул в недрах яйца, привлекая внимание Игната. Обследовав артефакт, мужчина ощутил, что в его центре появилось новое образование. Выглядело оно как очень сложный энергетический конструкт, обрастающий плотью.
Боясь делать преждевременные выводы, Игнат несколько мгновений пристально следил за процессом. Наконец, спустя несколько минут он вздохнул с облегчением. Нет, он не ошибся — Бамбик начал создавать физическое вместилище.
"
"По рядам присутствующих людей пробежало волнение. Наконец, и они увидели настоящее чудо перерождения. Существо отбросило рамки смертного бытия, становясь чем-то иным. Это было почти как в религиозных догмах, где праведные верующие становились святыми. Одно исключение — в реальности не было ни святости, ни мудрости. Существа, что возносились над смертью, становились машинами для убийств. Дальнейший их путь вел лишь во тьму.
Время продолжало идти.
