Однако в какой-то момент они начали резко сбавлять скорость, что было совсем нетипично для нежити. Терзаемая жаждой отнимать жизнь, та не умела себя контролировать.
Замерли в напряжении монстры, готовые сражаться за свой прайд. Затихла и нежить, подчинявшаяся приказу своего кукловода. В долине снова наступила тишина, только сейчас она не обманула бы даже слепца. То было затишье перед бурей.
Нежить застыла без движения, будто выбирая кого посочнее. Окруженные у разлома монстры рычали, инстинктивно стараясь показать свою готовность бороться, чтобы отпугнуть хищника.
К сожалению, их оппонентам страх был неведом.
Затаившийся в глубинах разлома зверь наблюдал за происходящим. Как метасущество он обладал способностью излучать вокруг себя особое поле. В нем он мог создавать немыслимой крепости барьеры, годившиеся как для защиты, так и для нападения. Эта энергия полностью отражала его суть и характер. Терпеливый и спокойный, он был готов годами сидеть в засаде, чтобы нанести одну, но смертельную атаку.
Не изменил он своей тактике и сейчас. Этот монстр мог бы легко с помощью поля утащить все стадо себе, а потом защититься от нежити. Однако чутье метасущества говорило, что происходит что-то более масштабное.
Приближение новых участников этой странной стычки заметил именно метазверь. Стоило ему понять, что это за гости, как он ощетинился в ощущении предстоящей беды.
Наконец грохот и гнетущую ауру заметили и звери. Повернувшись в ту сторону, откуда исходило это тлетворное веяние, они увидели насколько пугающую, настолько и странную картину.
Это были три костяных монстра с крыльями. Помимо размеров с многоэтажный дом, они излучали чудовищное давление метасуществ. Вкупе с жаждой убийства и ненавистью твари действительно ужасали.
Однако двигались они странно — то и дело спотыкались, словно пьяные. Один из драконов, торопившийся больше всех, и вовсе запнулся о свою же лапу. С грохотом упав, он пропахал в сухой земле глубокий ров. Нисколько не смутившись этого происшествия, он быстро поднялся и вновь рванул вперед, к желанной добыче.
Неуклюжими движениями все три дракона напоминали новорожденных птенцов. Только едва ли у кого-нибудь повернулся б язык назвать их смешными.
Запертым в ловушке зверям было не до раздумий над странными повадками нежити. С каждой секундой их ситуация ухудшалась.
— К-р-р-р-р-р!
Вожак вновь подал голос. Решив выбрать из трех зол меньшее, он дал команду напасть на загнавшую их сюда нежить.
