Тут же на манер обезьяны он понесся к обидчику, намереваясь покарать его.
Поляк мельком глянул на портал. Марево не рассеялось, но зато он больше не давал уроду настраивать открытие перехода. Главная цель была достигнута, а значит, можно было отдаться бою. Хлипкие призывы разума отступить и тянуть время Поляк задушил в зародыше. Мозг охватила пылающая жажда битвы, и он собирался ее утолить."
"Рванув вперед, землянин мгновенно сблизился с монстром. Оба они были воителями ближнего боя и сейчас, будто интуитивно договорившись, не использовали других навыков.
И вновь первым успел атаковать землянин. Куда более юркий, он нанес удар точно в голову монстра, надеясь, что повторное попадание станет критическим. Вот только голова для монстра уязвимым местом, похоже, никогда не была. Получив мощнейший удар, тварь на инерции сбила Поляка и, обхватив его лапами, со всей силы грохнула о каменный пол.
Мужчине показалось, что от удара содрогнулся весь мир. Несмотря на поплывшее сознание, он тут же запястьями отразил две атаки.
Увернувшись от третьей, хаосит ударом ноги сбил монстра с ног. Оба оказались в партере, но здесь у Поляка было, чем удивить врага.
Когда тварь полезла к лежащему на спине землянину, намереваясь разорвать его на куски, он сделал то, что едва ли можно было ожидать от драки сверхсуществ.
Перехватив лапу монстра, Поляк другой рукой отпихнул его зубастую пасть. Одновременно руками он обхватил его торс и оттолкнул в сторону, сбрасывая с себя.
Продолжая удерживать руку, Поляк выгнулся, беря её на болевой. Если бы это был бой на ринге, то на этом бы все и закончилось, но битва насмерть не предполагала мирного конца.
Раздался отчетливый, тошнотворный хруст. Лапа монстра сначала изогнулась под неестественным углом, после чего кожа порвалась и брызнула кровью. От нее пошел пар.
— В-А-А-А-А-А! — взревел монстр.
Он дернул руку на себя, уже не считаясь с болью. Вместо того, чтобы препятствовать, Поляк резко отпустил.
Не собираясь терять преимущество, он прыгнул на монстра и начал наносить беспорядочные удары, утоляя свою ярость и жажду крови.
— Получай, получай, получай! — словно безумец, повторял он.
Поляк наносил удар за ударом, ощущая дикое удовольствие от чувства превосходства. В какой-то момент его забрызгало горячей, словно кипяток, кровью, но землянин, казалось, не замечал этого. Трудно сказать, чем бы закончилась эта ярость, но пришла волна энергии.
