Проводник Хаоса. Книга 2

— Охренеть, — произнёс заворожённый мужчина. — Наверное, это видно из города.

И сноходец был прав. Благодаря вечерним сумеркам жители Екатеринбурга увидели, как среди туч появился яркий источник света. Многие остановились, забыв о своих делах, наблюдая за происходящим и гадая о причинах.

А потом случилось нечто, заставившее обывателей креститься и поминать Всевышнего.

Кедров увидел, как в пламя влился поток кроваво-алой энергии. Как только это произошло, огонь резко увеличился в объёмах и стал походить на столб света, соединяющего небо и землю.

Он быстро менял цвет, наливаясь багровыми всполохами.

— Что это? — протянул мужчина, лёжа наблюдавший за всеми изменениями.

Алый, словно кровь, свет залил округу, придав происходящему воистину зловещий вид. Багровое зарево пугало людей, находившихся даже в сотне километров. Чего уж говорить о наблюдавших за этим вблизи военных, которые ехали сюда на, казалось бы, рядовой вызов.

Игнат продолжал лежать в снегу, следя за происходящим. Он больше не мог считать этих существ тупыми тварями.

Все их действия следовали плану, и что-то подсказывало мужчине — лучше не дожидаться его выполнения.

— Надо или валить сейчас, — произнёс сноходец. — Или действовать, пока не случилось что похуже.

Первый вариант был проще и безопаснее, но был ли он верным? Развитие в Хаосе требовало риска и непрерывной борьбы.

Решившись, он спустился в непросматриваемую низину и по ней начал продвигаться вперёд. К ограде газового хранилища подходил со стороны от перестрелки и основных скоплений тварей.

Нельзя допустить, чтобы его заметили или, что ещё хуже, увязнуть в сражении. В первую очередь Игнат хотел ближе изучить суть происходящего.

* * *

— Не стреляйте в ту сторону! — закричал один из раненых омоновцев. — Там хранилища стоят.

— А не по хуй уже? — воскликнул кто-то из военных. — Ты видишь эту хуню в небе?

Зрелище алого светящегося столба одинаково застало всех врасплох. Казалось, будто настал судный день на страх и ужас смертных грешников.

Лишь опыт и здоровый пофигизм военнослужащих заставили отринуть ненужные сейчас мысли и молча выполнять работу.

— Замолчи, Федя, — осадил своего подчинённого майор. — Чё по патронам, лучше скажи?

— Плохо, чё, — заметил тот. — Две трети мы точно отстреляли.

— Хорошо, — кивнул Кременчук. — Если что, будем отступать.

Тем временем твари, кажется, поумерили напор. Как только в небо ударил пугающий столб красного огня, они уже не лезли, словно безумные.