Игнат мысленно подивился столь запредельной наглости. Требовать ответа с вышестоящих в армейской среде — нонсенс. Впрочем, расчет ублюдка был понятен — он собирался навести побольше грязи, чтобы «измазать» в ней Игната у всех на виду. И за пару минут появилось уже достаточно наблюдателей из элиты.
Интуиция подсказывала — разрешение проблемы на голой силе недостаточно. Здесь присутствовала элита, которая требовала к себе уважения и не потерпела бы попыток запугивания. В среде хаоситов сила была обязательным элементом для уважения, но не основой для подчинения.
"
"В этот момент среди наблюдателей Игнат ощутил знакомую сигнатуру. Это была Рафаль, и сейчас она могла быть очень кстати. Хаосит ускорил разум, чтобы передать ей нужные мыслеобразы. Закончив, он вернул внимание на незнакомого военного.
— Назови себя, — обратился Игнат, выигрывая для себя время.
— Лейтенант спецназа Испании, Даниэль Рико, сэр, — ответил тот по-военному, хоть и продолжал стоять в расслабленной позе.
— Эта территория отведена для альтийцев, помогающих строить нашу базу и обслуживающих ваши нужды, — ответил Игнат.
— Женевская конвенция требует обеспечить безопасность военнопленных.
— Эти синекожие убили моего друга и множество хороших ребят. Здесь нет ни одного бойца, который не потерял своих боевых побратимов из-за этих тварей! — начал повышать голос испанец. — О какой безопасности для них идет речь?
Работа через толпу принесла ему определенные «очки репутации». Игнат ощутил, что слова оппонента нашли отклик в толпе.
— И с какой же целью ты пытался прорваться на территорию их жилья? — хмыкнул Игнат. — Нести справедливое возмездие, как я понимаю?
— Мы с парнями соскучились по женскому обществу, аж яйца звенят, — прямо ответил военный. — Своих мы никогда не тронем, но от этих синекожих баб не убудет, если герои войны немного отдохнут.
— Это все? — уточнил Игнат. — Просто поразвлечься захотелось?
— Вот именно! — фыркнул горлопан, решив, что Чемпион Терры решил спустить все на тормозах.
— Что мы тут как в тюрьме? Туда не ходи, этих не трогай.
Слушая его, Игнат начал ощущать реальное раздражение. Из подсознания вновь начали подниматься темные мысли — о том, как славно было бы просто оторвать придурку башку. Но хаосит сдержал порыв.
— Думаешь, где ты находишься? — спросил он. — Чем мы, по-твоему, здесь вообще занимаемся?
Сверх явно не понял, к чему вообще эти вопросы, а ментальное давление заставило его сбиться с мысли и заткнуться.
