Монстр не имел собственного сознания, с которым можно было войти в контакт.
«Остается только транслировать образы тех изменений, что я хочу получить, — подумал Игнат. — Он должен подчиниться и принять их».
Правда здесь встал новый вопрос. А какие, собственно, изменения он хочет? Задать вектор, по которому будет двигаться развитие монстра, было совсем не простым делом. Удачное решение даст мощный прирост сил для хаосита, а ошибка будет грозить потерей эффективности или даже смертью в критический момент.
«Он пожрал скелет зверобога, — подумал Игнат.
— Прочная костная ткань может дать хорошие способности к защите».
Защита и выживание — это то, чего никогда не могло быть много. Подумав, Игнат решил двигаться этим путем. Веном будет его щитом, тем более недостатка в поражающей мощи у него уж точно не было.
Решив так, мужчина начал транслировать ментальные образы на симбионта. Почти сразу он ощутил, что Веном действительно их поглощает, а значит, дело возможно пошло. Игнат полностью сконцентрировался на своем жидком напарнике, желая как можно более эффективно передать свои желания.
Сосредоточившись на этом процессе, он охватил вниманием все тело симбионта. Утомленный после битвы разум задел хранившийся в нем фрагмент памяти. Только в последнюю секунду Игнат осознал, что происходит, но было уже поздно. Вспышка озарила его сознание, утягивая разум в остатки чужих воспоминаний.
* * *Он ощущал себя творцом, любующимся на собственное произведение. И было оно столь идеально, что едва ли когда-нибудь выйдет создать лучше.
Это был венец, высшее проявление гармонии, баланса и завершенности.
Вокруг распростерся целый мир. Золотистое небо украшали легкие перистые облачка. Под ними растянулось великолепие лесов, полей, рек и морей, ну и конечно населяющая его разумная цивилизация. И все это пребывало в идеальном Порядке.
— Я победил Хаос, — произнесли его губы. — Отныне и навсегда, я есть Порядок.
Сколько гордости и самолюбования он испытывал в этот момент.
И немудрено: он сделал то, что не под силу целой стихии.
Впрочем, еще на заре своего роста он понял, что первостихии подобны своре слепых диких зверей. Да, они сильны, но без хозяина вся их мощь будет направлена лишь во зло.
— И эти глупцы поклоняются им, — произнес он с легкой насмешкой. — Но всадник не должен поклоняться ездовому зверю.
Он вновь обратил внимание на округу. То было доказательство его правоты. Мир окончательной победы Порядка над Хаосом.
