Перетаскивать пространство в Кошмар оказалось труднее, чем выдергивать его оттуда. Тем более, сейчас Игнат не был усилен чудесным действием Ограничителя Хаоса.
Мужчине оставалось только терпеть и потихоньку вытягивать пространство. Вскоре он понял, что у него получается: подземный зал содрогнулся, будто от слабого землетрясения. С потолка посыпались пыль и мелкие камни.
«Как бы еще обвал не вызвать», — с легким беспокойством подумал Игнат. Однако с каждым мгновением он все больше убеждался, что находится на верном пути.
Между тем тряска усилилась. На пол начали падать предметы религиозной утвари. От стен и потолка откалывались куски камня и с грохотом валились на пол. Веном залез на хозяина, защищая его от случайного удара. Забеспокоившийся Бамбик спрятался под каменный стол.
Наконец, тряска резко закончилась. Напоследок перед самыми вратами с грохотом обвалилась часть потолка, после чего все стихло. В подземных катакомбах снова установилась тишина.
Пришедший в себя Игнат осторожно осмотрелся. На первый взгляд ничего не изменилось.
Однако сделав очередной вдох, он ощутил, будто воздух поменял вкус. Вместо затхлого подвального он стал сухим и стерильным.
Игнат поднял голову, и в том месте, где обвалилась часть потолка, увидел полыхающее мертвенно синим светом небо Кошмара.
— Сработало, — удовлетворенно произнес хаосит.
Он встал и, уже поворачиваясь, перехватил взгляд Консула, проснувшегося во время ритуала. Игнат прямо видел, как в голове ксеноса идет сложная мыслительная деятельность.
Теперь офицер Корпуса Порядка куда лучше понимал, с кем столкнулся. Но надо отдать ему должное: ксенос сохранил хотя бы внешнее спокойствие, явно переоценивая ситуацию. Помня приказ Игната, он продолжал молчать.
Хаосит подошел к одному из выходов. Выглянув за поворот, где была граница переносимого пространства, он увидел лишь бесконечную пустоту. Вырванный из реальности кусок пространства вопреки законам физики парил в бесконечной выси Кошмара.
«У меня получилось, — удовлетворенно произнес Игнат.
— Фух».
Он сделал себе идеальное убежище, где его никто не побеспокоит. Переоценить этот момент было невозможно.
— Ну что, — Игнат вернулся обратно в зал и обернулся к замершему Консулу порядка. — Теперь можно и поговорить. Здесь нас не побеспокоят.
Консул ответил мрачным молчанием.
Первым делом Игнат подошел к Эмбриону бога, проверяя его. Артефакт все еще не проявлял разум, но продолжал жить какой-то своей жизнью. Кокон из золотистой энергии мягко сиял.
