Кажется, тому даже стало некомфортно от одного внимания старика.
— Хорошо, — сказал я. — Я буду задавать вопросы, а вы… знаете, что делать.
— Знаю, — произнёс Ветеран.
И я нисколько в этом не сомневался.
— Что это за штуковина? — обратился я к карлику.
Михайлов и старик недоумённо переглянулись, видимо, не понимая, почему я говорю с врагом на русском. Карлик же благодаря Переводчику понял смысл вопроса и состроил злобную гримасу. Казалось, он собирался плюнуть мне в лицо, но не успел — за дело взялся Ветеран.
Из-за криков семью попросили отойти к выходу.
Ветеран ни капли не соврал. Карлика хватило буквально на полминуты, прежде чем он завизжал, желая всё рассказать.
— Это кинетическая бомба! — наконец выкрикнул он и со злобой добавил: — Она похоронит всё вокруг!
По моему жесту Ветеран снова вступил в дело. Вскоре карлик, уже размазывая по лицу кровь, рассказывал всё без пафосных выкриков.
Враги хотели подложить нам свинью. Кинетическая бомба должна была взорваться в момент провозглашения победы карликов в игре.
Сразу после этого они собирались телепортироваться домой, а артефакт разнёс бы небоскрёб. Судя по мощи, он должен был задеть и остальные здания, что принесло бы еще больше жертв.
— Но зачем? — обескураженно произнёс я. — Выиграли Игру — и радуйтесь. Зачем наносить такой вред?
— Не знаю точно, говорят, это нет в правилах, — захныкал карлик.
По моему кивку Ветеран вновь вступил в дело, но на этот раз безрезультатно. Коротышка и правда больше ничего не знал.
«Я и сам замечал, что в Играх хватает неозвученных правилами моментов, — подумал я.
— Таковая возможность и правда имеется».
В любом случае сейчас этот момент не имел значения. Нужно было поскорее узнать об устройстве бомбы.
Чертов Карлик и здесь был не шибко информирован, являясь лишь обслугой артефакта. Однако навскидку бомба была примитивным артефактом с вкачанным в неё морем энергии. Из-за нестабильности карлики установили дополнительную защиту.
Михайлов и остальные не понимали смысла слов, сказанных карликом, что, возможно, было даже к лучшему.
Задав последние вопросы о строении бомбы, я выяснил лишь совсем незначительные детали. Хоть тот и обслуживал артефакт, но не знал особенностей.
В это время меня накрыла волна эмоций. Фактически мы стояли перед хреновиной, что могла всех убить. И пора было бы уже действовать.
— Михайлов, — обратился я. — Выводи людей. Больше мы двигаться никуда не будем.
— Хорошо, — кивнул тот. — А ты…?
— Я останусь здесь, — ответил я.
