По мере продолжения попыток средоточие энергии в груди будто начало разгораться, наполняя тело новой силой.
То, что это не иллюзия, я понял, толкнув очередной раз. Казалось, ранее неподъёмный металл поддался. Тут же ухватившись за возможность, словно утопающий за соломинку, я воззвал к ядру изо всех сил. В ответ оно словно вспыхнуло огнём, наполняя тело какой-то невероятной мощью."
"Сам не веря в то, что делаю, я одним движением оттолкнул здоровенную груду металла и вытолкнул себя из-под завала. Стоило отпустить эту массу, как она со скрежетом рухнула рядом, обдав меня слоем пыли.
Уже не обращая внимания на такие мелочи, я лишь с облегчением дышал пыльным, но таким сладким воздухом свободы.
— Фух, — выдохнул я. — Это было близко.
Я осмотрел груду металла, что норовила меня задавить, и с удивлением присвистнул. Я бы и сам не поверил, что осилил такое, да и не смог бы… если бы не ядро.
«Не зря все ксеносы так стремились перейти в фазу ядра», — подумал я.
Волна эйфории быстро спала, уступая прагматизму.
Первым делом я осмотрел пострадавшее плечо и руку. Несмотря на страшные гематомы, подвижность суставов сохранилась, хоть и сопровождалась адской болью. Остальное регенерация исправит. То же самое было и с рассечением на голове, из-за которого лицо залило кровью.
«До свадьбы заживёт», — мысленно пошутил я.
Правда, ждать естественного выздоровления времени не было. Я решил подстегнуть этот процесс расходником, полученным от ящеромордых.
Энергетическое проявление регенерации
На некоторое время усиливает регенерацию
Почти сразу руку и плечо охватило приятное тепло.
Закончив с оздоровительными процедурами, я словно старый дед осторожно поднялся на ноги. Судя по ощущениям, боец из меня пока был аховый, но непоправимых травм не имелось.
Коготь и заплечная сумка были здесь же, в помещении, где меня едва не раздавило. Правда, клинок застрял между железных пластин. Только напитав его ментальной энергией, я смог выдернуть своё оружие. Взяв сумку, я заглянул внутрь.
— Братец, жив? — спросил я.
Череп не ответил, но целостность кости не была нарушена.
Закончив на этом осмотр, я выбрался в общий коридор локомотива, вернее, в то, что от него осталось. Передняя часть когда-то величественного детища технологий была смята буквально в гармошку. Сейчас это металлическое месиво светилось искрами и вспышками энергии.
Мне оставалось лишь направиться к корме транспортного средства, к выходу. От деформации корпуса дверную панель выбило.
