Путь одиночки

Сбор разведданных, аэрофотосъемка, анализ полученной информации, рекогносцировка, планирование…

Здесь на все это не было времени, и Данила вскарабкался на высокую ель, скрытый от глаз дозорного молодым леском. Отсюда лагерь просматривался сносно: дома до середины окон, земли не видно, но и фиг с ней. Балансируя, Данила достал бумажный лист и карандаш. Глянул в бинокль. Итак, что имеется: трехметровый забор, за которым два длинных сруба, похожих на бараки, с несколькими входами. Бараки торцами подходят к забору.

Прямо в середине поселения, ровно между бараками, — проход, упирающийся в добротный, отдельно стоящий дом. Справа от него — продолжение Г-образного барака, слева — еще один барак. Вероятнее всего, объект в доме по центру.

Словно по заказу, отворилась дверь и вышел он — Фидель Кастро. Тотчас рядом возник одноглазый здоровяк — видимо, сидел на крыльце.

Набросав схему, Данила попытался разглядеть, что за вторым рядом домов, но не смог. Скорее всего, там склады и забор пониже — над крышами он едва возвышался.

Капитан нанес на карту склады и поставил на доме Фиделя жирный крест. Интересно, часовых на воротах сколько, один или двое?

На ели он просидел минут десять, за это время к Фиделю подошел еще один мужик, потом исчез. Объект вернулся в дом. Больше ничего интересного не происходило, и Данила осторожно спустился.

Когда он вернулся, уже смеркалось. Командира тотчас окружили бойцы. Расстелив схему и закурив, капитан проговорил:

— Прорываемся с тыла, в районе предположительно складов, там точно не будет дозорных.

Вот в этой отдельно стоящей избе — объект. Я и Лазебный берем его, остальные занимаются часовыми. Уходим через основные ворота, Белов и Нечипоренко прикрывают. Расклад понятен?

Теперь надо дождаться темноты, не выдать себя и атаковать перед рассветом, когда сон валит с ног часовых. Часть рюкзаков с припасами решили оставить с Кузьмичом.

Ночь выдалась безлунная, звездная. Выступили, когда начала рассеиваться тьма и по лесу белыми струйками потек туман.

Ползти по-пластунски в темноте, в «лешем», с оружием и боеприпасами — удовольствие ниже среднего.

Но прежде надо было попасть в «гнездо» и снять часового. Точнее, гнездового.

Они подползли к «гнезду» настолько близко, что даже шептаться было опасно. Объяснялись жестами.

«Ты, — ткнул Данила в Белова и показал вверх: — Туда. — Движение ребром ладони по шее, потом палец прижат к губам. — Снять, но тихо».

«Понял», — кивнул Белов.

«Ты и ты.