Секретарь старшего принца 2

Такие были и у меня – в них ко двору поставляют ароматические масла.

Щупальце исчезло из поля зрения, с трудом я сообразила, что флакон забрал Элоранарр. Он совсем немного приподнял край мантии, оставив видимым лишь небольшой участок моей кожи ниже пояса. Масло потекло между ягодиц, одуряюще запахло цитрусовыми с примесью пряностей. Капли стекали щекотно, волнительно, пропитывали одежду.

Казалось, Элоранарр задыхается – таким тяжёлым, прерывистым было его дыхание. Он наклонился ко мне. Коснулся пальцами между ягодиц, и по моему телу пробежала дрожь.

Элоранарр нежно поглаживал, надавливал, но ни разу не сдвинулся ниже. Похоже, он по-прежнему разрывался между сексуальным желанием и неприязнью к близости с мужчиной, и не раздевал меня, чтобы не увидеть лишнего, не пытался ощупать больше, чем требовалось для близости. Но и останавливаться тоже не хотел…

– Это безумие, – прошептал он, – мы должны остановиться… Ты…"

"От возбуждения во рту пересохло, язык меня не слушался. В воспоминаниях девиц из борделя я встречала такую форму близости, и меня его почти робкие ласки не удивили, я представляла, что будет дальше, но меня ошеломила яркость ощущений в сравнении с теми, что хранилось в воспоминаниях.

Склонившись к моему плечу, Элоранарр всё шептал, что будет осторожным и сдержит свою магию, что я в любой момент могу отказаться, что он не хочет причинять боль, обещал сдерживаться.

Я слишком его хотела, готова была принять его в любой форме и виде, в мышцах не было ни капли напряжения, когда он, чуть шире раздвинув разрезанную ткань брюк, прижался ко мне горячей, твёрдой плотью.

Его советы расслабиться были излишними: разомлев от возбуждения, я миллиметр за миллиметром пропускала его в себя. Краем зрения заметила на серебряных крыльях проблески золотистого сияния защиты. Наконец Элоранарр протолкнул головку внутрь и застыл, тяжело дыша мне в затылок. Мне не хватало прикосновений, так хотелось, чтобы он укусил основание шеи или прикусил мочку уха, лизнул, прошёлся пальцами по сверхчувствительной коже.

Но он словно боялся лишний раз прикоснуться ко мне. Не двигался, и я уже начинала изнывать от нетерпения. От того, что он медлил, проступили слёзы.

Стиснув мои бёдра коленями, Элоранарр протолкнулся глубже, снова что-то спрашивал, только я не слушала, ловя совершенно новые для меня ощущения. Со стоном выдохнув, закусила меховое покрывало и тут же выплюнула шерстинки. Элоранарр навалился на меня.