Ты юная драконесса, впереди у тебя много лет, много насыщенных лет, много существ, которые станут твоими близкими, а сейчас надо немного потерпеть. – Внутри всё дрожало от непонятных эмоций, я подняла руки и вытерла сорвавшиеся с ресниц Сирин Ларн слёзы, погладила так похожие на серебряные чешуйки. – Надо просто немного потерпеть, и скоро ты будешь не одна.
Мои глаза тоже защипало, я с трудом улыбнулась. Всхлипнув, Сирин обхватила меня за шею и зарыдала.
– Ну же, ну, всё наладится, всё обязательно наладится, – зажмурившись, повторяла я и гладила её по спутанным волосам.
Слишком много эмоций для меня, слишком они сильны, я не могла с ними совладать.
* * *Вытесняя вечерний сумрак, ночная темнота растекалась по морю, а оно рокотало и рокотало, царапая её белыми бурунами, омывало волнами, в раздражении выплёскивалось на песчаный пляж. Золотистые при свете дня крупинки казались серыми.
Чувствительность тела возвращалась медленно, я ощущала, как острые выступы камня давили на спину, особенно под лопаткой.
Ветер трепал развёрнутые послания-самолётики у моих ног, их белые края дрожали, словно крылья бабочек.
До дворца всего километр, но я не могла заставить себя вернуться. Там было моё покрывало – сердце коллекции, мне нужно туда, но из Нарнбурна я телепортировалась на тренировочный полигон, посмотрела на дворец, на острые шпили и поняла, что всё во мне против возвращения, что мне проще сломать себе руку, чем пойти туда, где всё ещё готовились к завтрашнему отбору.
И тогда я дошла до берега, спустилась и села возле первого попавшегося камня.
Вспоминала, всё ли сделала. Вроде всё: в гостинице отправилась к администратору, взяла бумаги и письменные принадлежности, оформила заказ летающим перевозчикам на доставку двух драконесс из Нарнбурна в Столицу, в свой столичный дом отправила инструкцию подготовить всё для сестёр Ларн.
Мысли бегали по кругу: всё ли я организовала для перевоза сестёр Ларн, почему я стала действовать, как боевой маг, о чём хотел поговорить Дарион, и образы-образы – чувственные, манящие, переполненные Элоранарром и мной в самых разнообразных позах, стонущие от наслаждения.
Снова и снова по кругу, так же бесконечно, как бесконечен плеск волн о берег.
Это сводило с ума. Плеск, галлюцинации, сексуальное желание, тоска, сожаления, неуверенность. Бешеные перепады эмоций, перед которыми пасовали даже мои навыки по сосредоточению и отстранению от посторонних мыслей и чувств.
На горизонте зарождался рокот, предвещая непогоду.
