Секретарь старшего принца 5

— За что ты меня предал?

Дарион вздрогнул, его обычно твёрдый голос стал совсем тихим и грустным:

— Потому что я люблю тебя и не могу смотреть, как ты мучаешься.

У меня перехватило дыхание, а Дарион продолжил с той же убийственной тоской:

— Со мной ты не вернёшь себе форму дракона, со мной у тебя никогда не будет такого единения, которое может быть между избранными, если один из них менталист. Я знаю, ты любишь Элора, беспокоишься о нём. И… формирование связи избранных объясняло, почему твоя магия не возвращается.

Карит смог устроить отбор, но если связь уже формировалась, артефакт не принял бы другую женщину для Элора, а ты потом узнала бы правду и никогда не простила себе, что он умер, когда спасение было так близко. Я не предавал тебя, Ри. Как это ни печально, но только с избранным ты снова можешь стать полноценным драконом, только связь избранных заменит тебе Халэнна, только избранный…

— Ты отдал меня избранному, который меня ненавидит! — Мне хотелось его убить.

— Отдал тому, кто… испытывает ко мне отвращение, презрение, ненависть, такой набор чувств…

Я захлебнулась словами и сложилась пополам. Магия Аранских обживалась в теле, переполняла мой источник, и мне невыносимо было её терпеть, она такая отвратительная, чуждая мне, такая не моя. Мне снова стало тошно.

— Ри, это…

— Хватит! — я оттолкнула руку Дариона и, кажется, сломала ему пару пальцев, но он выдержал это молча.

Я выпрямилась. — Мне надо подумать. Ты ничего никому не скажешь. А сейчас отведёшь меня в Башню порядка и запрёшь там. И никому не признаешься, что меня выпускал.

Это даст мне немного времени, ведь в Башне порядка я бы отбор не прошла.

Зато зачем император запер меня там теперь понятно: боялся повторения истории Мэгранов и Шадаров, боялся, что моё присутствие и чувства Элора ко мне помешают родовому артефакту найти ему избранную в толпе кандидаток.

Бесился потому, что боялся не успеть, запер потому, что боялся моей помехи. И чуть сам не убил всё дело.

— Ри…

— Мне надо подумать, — я резко подступила к Дариону. Достать до его горла было трудно, поэтому я схватила его за пах и прорычала. — Только попробуй предать меня ещё раз — убью!"

"От изумления у Дариона вытянулось лицо и широко распахнулись глаза.