Я ушла в противоположный, заработав ещё один проникновенный остро ощутимый кожей взгляд.
Дождавшись, когда все зайдут и золотая парочка закроет дверь, император накрыл камеру защитными чарами. Подождал он, и пока Валерия уселась на кровать и пригласила к себе перепуганных девушек. Всё это время он смотрел на Кофрана, тот молчал, и заговорить пришлось императору:
— Я жду объяснений.
Мне тоже интересны его объяснения, а также причины этого семейного сборища.
Упавший на колени Кофран, уткнувшись в расшитые золотом туфли императора, завыл:
— Пощадите, Бездна попутала!
— Фламиры и с Бездной спутались? — император с трудом сдерживал бешенство.
Я удивлённо приподняла бровь.
— Нет-нет, — Кофран гладил его туфли. — Если они и связаны с Культом, я об этом не знаю. Меня просто попросили сделать одолжение…
— Ты считаешь нас идиотами? — Элор присел на корточки рядом с Жэнараном, и тот пополз в сторону. — Ты не мог сделать такого интересного одолжения в обход клятвы верности, но ты сделал, значит, клятва верности ослаблена.
А у тебя, наш мохнатый подданный, — Элор мощно похлопал Кофрана по плечу, — не тот уровень силы, чтобы ослаблять подобные печати. Так что лучше рассказывай, когда и на каких условиях ты спутался с Фламирами. Тогда есть шанс, что на тебя ни Карит, ни Арендар огоньком не дыхнут. Ты же не хочешь узнать на себе всю мощь золотого пламени?
Арендар оскалился, император выпустил из ноздрей струйки дыма. Кофран сразу стал готов к сотрудничеству:
— Н-нет.
Я же недавно, я совсем недавно с ними сговорился.
О чём? И не спросишь же, надо стоять с умным и независимым видом, я ведь не Валерия, чтобы, подняв светлые очи, легко и непринуждённо спрашивать очевидные остальным вещи. У репутации Бешеного пса есть свои недостатки.
— Почему? — уточнил император.
— Так это… — Кофран оглядел нас всех растерянно, — считалось же, что леди Изольда станет избранницей наследника, и Фламиры бы со временем вернулись к власти, а если бы у многоуважаемого Арендара не нашлось избранницы, всё равно бы Фламиры заняли место Аранских, это же очевидно, я просто хотел служить правителям империи.
Мой дом — империя, мне… Мне всё равно, кто сидит на троне.
— Предположим, — таким голосом Элор говорил, когда рассказывал о пытках тем, кого хотел запугать. Вместе с кровожадной улыбкой это работало даже на драконах правящих родов, а тут был всего лишь жалкий медведеоборотень, — ты и правда верен империи.
