Когда открылись сокровищницы и смылись печати принадлежности с ценностей, не все смогли удержаться соблазна что-нибудь стащить. Уверен, многие наследили так, что поймать их ничего не стоит, но нам катастрофически не хватает рук. При этом надо ещё с остатками культа Бездны разбираться, пока эта организация не переродилась в нечто новое и участники не разбежались.
Элор, скрестив ноги, уселся перед подносом и поднял оставшиеся колпаки: печёные овощи и фрукты, креветки, соусы… Откусив фаршированного кальмара, я чуть не зажмурилась от удовольствия: он был восхитительным! А ещё внутри помимо овощей лежало рубленое мясо.
Судя по оттенкам вкуса — что-то из дичи…
Желудок радостно уркнул и умолк, принимая это кулинарное чудо. Посмотрев на меня, Элор подхватил креветку и обмакнул её в соус. Я только порадовалась: казалось, я слопаю всю тарелку с этими кальмарами, а их там было восемь штук, каждый — размером с мою ладонь. Но остановиться было просто невозможно!
Я ела, а Элор смотрел на меня, и… расслаблялся.
Я прямо видела, как разглаживалось его лицо, даже тени под глазами стали чуть бледнее, он тоже стал загребать больше креветок, забрасывал их в рот, заворачивал в овалы овощей. Губы его влажно блестели от масла, и я… думала о поцелуе. Думал о том, что губы его сейчас острые от попавшего на них соуса, и в сочетании с ароматом корицы это может быть интересно…
Может, я всё же во сне?..
Если во сне, то можно было бы попробовать."
"Я смотрела на губы Элора, ела, и вкус еды поблекнул, потерялся на фоне этой навязчивой мысли.
Но попробовать я так и не решилась.
* * *Оказалось, спала я почти двое суток. Известие об этом оставило в моей душе странное двоякое, тревожное ощущение: рассветных кошмаров не было. Они пропали навсегда или отпустили меня временно? Я не понимала, и это… слишком тревожило, почти пугало. То есть я, конечно, хотела от них избавиться, но там был Халэнн.
Халэнн…
Впрочем, думать стоило не об этом: Эёран немного сходил с ума.
И дело не только в преступниках и нестойких подданных, под шумок обносивших всё, что можно было обнести, не только в беспорядках, всплеске убийств в пьяных драках и прочих сопутствующих тревожным временам вещах, проблема и не в том, что Арендар с Валерией пока не пробудились от магического сна, и это порождает много вопросов и волнений.
В бою погибли многие, и радость спасения смешивалась с трауром, горем. В этот раз Элор не вмешивался в имперские дела — в награждения героев.
