— Повезло Элору. Даже если он не сразу это осознает и начнёт что-нибудь лепетать о менталистах, ему повезло. Но сначала ты его помучаешь, ведь правда?
— Зачем? — спрашиваю ровно.
Не знаю, как относиться к словам Вейры. Они потрясающе бестактны. Но почему-то меня не раздражают. Кажутся… естественными, что ли.
— В отместку за то, сколько раз он тебе говорил, что женщины, а значит, и ты, глупы! Ох, — запрокинув голову, Вейра смеётся. — Как вспомню, сколько раз он приводил тебя в пример, что ты умная, не то что мы женщины, и его понимаешь, и с тобой всё понятно…
Невольно хмыкаю.
И правда забавно звучит. Я-то ещё чаще это слышала, чем Вейра.
— Да и просто чтобы не расслаблялся. Возьмёшь меня в любовницы, например, — продолжает Вейра задумчиво и оживляется. — А что, законом не запрещено! Скажешь, что привыкла к девушкам за это время.
Похоже, вино она начала пить ещё до прихода сюда. Хотя что-то в её словах определённо есть: «Прости, Элор, я так привыкла посещать бордель, что не могу от этого отказаться».
— Представляю выражение его лица в этот момент: глаза огромные, рот открыт, — выдавливает Вейра и начинает смеяться.
Да так звонко и заразительно, что уголки моих губ дёргаются вверх.
Справившись со смехом, Вейра добавляет себе и мне вина, обмахивает раскрасневшееся лицо ладонью и просит:
— Извини, не удержалась, но… Но правда… Просто представляю, сколько раз он говорил тебе о глупости женщин, сколько раз нахваливал тебя и говорил, что ты не то что женщины, а потом… потом… Я бы все платья отдала, чтобы увидеть его лицо в момент осознания.
И ведь ты ни разу ему ничего не высказала! У тебя просто изумительное терпение! Я бы так не смогла."
"Я жду, что Вейра похвалит меня и за терпение к высказываниям о менталистах, всё же она не глупа, должна понимать, что это куда большая проблема, чем невысокое мнение Элора об интеллекте женщин, да и сама вскользь упоминала об этом. Но Вейра, похоже, достаточно тактична или просто умна, чтобы сейчас на этом внимание не акцентировать:
— Ты уж заставь его просить прощения за нас всех.
Аргументацию его ты своим поведением убила на корню, но хочется ещё немного сладкой мести. Красивой, — последнее слово Вейра тянет мечтательно и салютует мне кубком. — За тебя, наша красавица.
Выпив до дна, она отставляет кубок на пол и склоняется к пакетам:
— Начну с того, для чего Элор меня вроде как позвал.
Шуршание прерывается стуком в дверь. Вейра выпрямляется, так ничего и не достав, оглядывается.
— Входите! — разрешаю я.
