"
"Элор прижимается губами между лопатками. Ткань всё ещё трещит, разрываемая по всей длине спинки, а Элор уже целует. Его руки уверенно и властно скользят по моей коже. Когти проникают под рукава — и новые рывки освобождают меня и от этой части одежды. А Элор целует. Целует мою спину с неистовостью умирающего от жажды существа, припавшего к потоку чистой воды.
Эти поцелуи совсем не похожи на те, которыми он награждал Сирин Ларн.
Это поцелуи безумия.
Именно их мне не хватало семь с половиной лет назад, когда меня только начинала жечь брачная магия.
Они есть сейчас.
Судорожные прикосновения. Поцелуи. Укусы в основание шеи. Треск ткани в момент обнажения ягодиц и ног.
Элор замирает, оценивая результат своей разрушительной деятельности.
— Ты великолепна…
И снова — поцелуи: тыльная сторона шеи, плечи, лопатки, ложбинка позвоночника до самого низа. Горячие ладони накрывают мои ягодицы.
А затем — скользят ниже, одна рука пробирается между ног.
— Нет, — твёрдо отказываюсь я, и рука застывает.
— Как в тот раз.
Рука отступает, опускается на ложбинку между ягодиц.
Лёгкое щекотное дуновение очищающего заклинания, и Элор наклоняется. Ладони снова на ягодицах, разводят их в стороны, язык скользит по ложбинке, совершает нежный трепетный круг, смачивая, лаская. И это… неожиданно приятно. Нежнее прикосновений пальцев, очень расслабляюще. Мягко-мягко.
Новые непривычные ощущения смущают, но сосредоточенность на них гасит невольное напряжение тела, пробуждает ощущения близкие к тем, что были тогда, когда я была готова принадлежать Элору как угодно и сколько угодно.
Возбуждение, до этого горевшее лишь внизу живота, разливается по всему телу. Я закусываю губу, сдерживая стон. Мышцы расслабляются, и я не спешу снова брать контроль. Просто лежу. Просто изнываю от желания.
Что-то звякает в ванной комнате, и оттуда прикатывается узкая волна. Взвивается, забрасывая на постель флакон с маслом.
Я не думаю.
Не пытаюсь управлять собой.
Расслабившись, я оставляю Элору возможность завершить начатое тогда.
Он нежен. Его смазанные маслом пальцы осторожны в своих мягких касаниях, но не сравнятся с основательно увлажнившим всё языком. Теперь этот язык ласкает поясницу… выступы лопаток… прикушенную у основания шеи кожу, саму шею, ухо.
— Ри… — хриплый стон.
И касание горячей головки.
Чувственно сжимают основание шеи зубы — внизу живота будто взрывается что-то жаркое.
И осторожное проникновение между ягодиц.
