— Арендар, ты сможешь сделать небольшое отверстие в щите, чтобы к нам пролез один вампир?
— Да, могу. Но зачем?
— Загляну в его сознание, посмотрю, нет ли каких-нибудь установок, что ими движет. Тоже хочется исследованиями заняться, а не сидеть без дела. Может, поймём, что дальше делать. Только надо просто вампира, потому что объект надо будет держать в сознании.
Говорю я, но смотрят все на Элора. Выжидательно так.
— Ну что?! — он вскидывает руки. — Да, моя избранная менталистка, и она иногда занимается этим самым, не надо на меня так смотреть… Хотя, лучше на меня смотрите, да.
* * *Выполнить мой заказ не так просто: Танарэс не хочет колотиться в одно место, хотя это рациональнее, а перемещается по периметру. Да и наш огненный щит не слишком привлекателен для вампиров на фоне водяных, земляных, а уж особенно в сравнении с прозрачными щитами на чистой магии.
Но одну жертву мы всё же заманиваем — бродячего щитовика, ответственного за заплатки.
Арендар сразу захлопывает щит, отрезая путь заметившему дыру Танарэсу.
Элор каменными путами сковывает мою будущую жертву. Император добавляет к этому свои путы потолще — будто состязаясь.
Скованный вампир отчаянно клацает увеличенными челюстями, цепляется за нас голодным взглядом. Рычит.
На нём сильные амулеты, некоторые из них спрятаны под каменными тисками, но я обращаюсь к стихии огня: тянусь магией к кристаллам, окутываю их и выдыхаю. Кристаллы лопаются, нарушается узор защиты, и разум пленника открывается передо мной во всей своей пульсирующей ненормальности.
Голод.
Он невыносим.
Разрывает каждый нерв, каждую клетку.
Нашёптывает: ешь, грызи, убей!
Пронизывает всё существо, сбивая мысли.
Это как плесень, поглощающая зёрна памяти."
"Как огонь, пожирающий сознание.
Это что-то, скрывающееся внутри, в самой глубине.
Голод.
Боль, рвущая тело в клочья, требующая одного.
И сознание — редкие вспышки. Оно живо. Борется. Хочет вернуть контроль.
Но голод сильнее разума.
Это сама кровь.
Изменённая.
Как не избавиться от неё, так не избавиться и от голода.
Я ныряю глубже, глубже — под чувство голода, под панику, под пласты воспоминаний.
В самую глубину — в ту самую суть, источник.
Проклятая кровь…
Согласие принять это проклятие.
Изменение.
Голод. Голод. Голод.
Обращение. Губы архивампира Келтара, когда он произносит сакральные слова…
Нечем дышать. Голод удушает, он поглощает меня, он…
Что-то слишком большое стоит за ним.
Смотрит на меня сквозь призрачную дымку сознания объекта.
