Но самые яркие эмоции сейчас у Ринарра и Эйррана: гогглы их очень и очень поражают блеском и необычностью: все эти заклёпочки и отражающие свет восходящего солнца линзы.
Мои и Элора волосы тут же теряют всякую привлекательность, ручонки тянутся к необычному предмету.
И Хорнорд из-за ближайших кустов выглядывает, но его дети пока не видят. К счастью.
— Хочу их на исследование забрать, — Линарэн протягивает руки.
Мы с Элором отскакиваем одновременно. Под недовольный писк сыновей и размахивание ручек: гогглы теперь точно не достать.
— Хотя бы одного, — просит Линарэн, следуя за нами. — Хотя второй как контрольный образец тоже интересен.
Вот тут мы с Элором выпускаем крылья и скалимся, прикрываем наших детей руками. Перед нами поднимается щит.
— Тихо-тихо! — император Карит встаёт между нами и Линарэном, пауки которого вылезают из одежды и сползают на землю.
Правда, в землю же и проваливаются, захваченные ожившим под действием Элора газоном. Везёт им — я бы раздробила этих тварей в труху.
Ранжер обхватывает Линарэна за плечи и разворачивает от нас, нервно, но твёрдо сообщает:
— Понимаешь, детей нельзя исследовать.
— Но они…
— Нельзя. Просто нельзя. Поверь.
— А потом? — искренне недоумевает Линарэн.
Исследователь нашёлся! Детей ему моих подавай. Лапы оторву! Крылья и хвост, пусть только попробует!
До пауков под землёй я телекинезом добираюсь и давлю, как насекомых, только магические кристаллы похрустывают. Линарэн оглядывается на место, в котором гибнут его анализаторы.
А Ранжер продолжает увещевать:
— Вот потом и поговорим. Но сейчас нельзя. Совсем. Даже чуть-чуть нельзя.
Я крепче прижимаю Эйррана к себе, Элор обнимает Ринарра. И вроде разумом понимаем, что всё, можно успокоиться, но так и тянет защищать. Малыши прижимаются к нам, напуганные столь резкими переменами в поведении.
— Я же просил не трогать дядю в гогглах, — Элор находит силы попытаться перевести всё в шутку, хотя в нём бушует яростное пламя.
— Я его провожу, — Видар подходит к задумавшемуся Линарэну.
— Думаю, у Лина полно дел в лаборатории, ему не до наших посиделок.
Ранжер отходит, и Видар с Линарэном исчезают в языках золотого пламени. Но проходит ещё несколько минут, прежде чем мы с Элором достаточно успокаиваемся, чтобы пригласить семью на праздничный завтрак.
Вот завтрак — без всяких там безумных исследователей! — проходит с поздравлениями, дарением золота для будущих сокровищниц сыновей, в общем — совершенно традиционно и чинно.
