Согласно другим сведениям, он был убит этой осенью в Екатеринбурге. И те и другие сведения проходили по разряду «оперативная информация»: один агент сказал то, другой это, третий слышал несколько иное… Короче, особой точности тут ждать не приходится. А вот что известно документально: рос без отца, мать умерла в девяносто третьем, других родственников нет. Характеристики так себе, между строк читалось, что человек он был дрянноватый. Неплохая кандидатура на роль неодушевленного предмета.
– Какие отношения у вас были с Курловым?
– Никаких.
Мы просто бывшие однокурсники.
Красивая молодая женщина держалась подчеркнуто сухо и по-деловому. Когда Денис предложил ей снять шубку, она отказалась: насколько понимаю, это ненадолго?
– Согласно другим показаниям, вы дружили с Курловым. Вас нередко видели вместе.
– Обычное студенческое увлечение. Было давно и очень скоро прошло.
– Вам известно, что Курлов был убит двадцать восьмого ноября?
– Да.
– Как вы отнеслись к этому известию?
– Никак.
– Были ли у него враги?
– У каждого есть враги… – Она хмыкнула так, будто Денис спросил ее о наличии какой-нибудь модной штучки вроде мобильного телефона. У каждого есть мобильный телефон – а у вас разве нет? – И уж тем более враги были у Курлова.
Ее сухость немного размякла.
– И кто же?
– Весь белый свет. Курлов всех ненавидел.
Вот! Это то, что надо!
Светлана Евгеньевна долго читала протокол, перечитывала, на лице ее появилось выражение непонимания и настороженности.
– Что-нибудь не так?
Она задумалась.
– Да что-то я не пойму… Вроде все это я говорила, но записано вроде как-то по-другому…
Акценты. По-другому расставлены акценты. Это неуловимо, неподготовленный человек никогда не разберется, в чем тут дело.
– Так давайте поправим! – лицемерно предложил Денис. – Что здесь не так?
Бернадская закусила губу.
– Да я и не знаю, что тут поправлять…
– Значит, все правильно?
Светлана Евгеньевна тряхнула головой и подписалась.
"
"Теперь в деле вырисовывался нужный образ Курлова – ненавидящего весь мир, причастного к неприятным для многих делам, окруженного десятками врагов.
Такого мог убить кто угодно!
* * *Усевшись в ванну, он взял приготовленные на бельевой корзине сигарету и томик Искандера. Читал и курил, пока вода не добралась до верхнего слива и не заклокотала в трубе. Тогда он отложил книгу и выключил воду. Стало тихо.
