Вот ты знаешь, где в машине почетное место? – неожиданно спросил Мамонт.
– Ну-у-у… – Денис замялся. – Наверное впереди, рядом с водителем…
– Нет. Сзади, у водителя за спиной. Это и безопасней, и престижней, – улыбнулся Мамонт. – А как есть, если перед тобой шесть ножей, шесть вилок и две маленькие ложечки?
– Откуда я знаю, – буркнул Денис. – Какие в Тиходонском крае дипломатические приемы? Откуда здесь дипломаты? А от шести вилок любой с ума сойдет!
Белов усмехнулся, а Мамонт кивнул.
– Все верно. Только эти отделы по вертикали власти соскользнули из Центра в субъекты федерации.
Мы же, мол, их не хуже! И занимаются, в основном, иностранными делегациями, высокопоставленными гостями, официальными приемами. Короче, место козырное. И начальник его большой вес имеет!
Подошел Вартан и с молчаливой улыбкой сгрузил на стол огромное блюдо с дымящимися хинкали.
– Ну, давайте под горячее, – Мамонт поднял бокал с соломенного цвета жидкостью. – За удачу. Чтобы не они нас, а мы их!
«Вот в чем их главное отличие, – думал Денис, переводя взгляд с Мамонта на Белова.
– Вот почему Мамонт никогда не превратится для него в „бывшего“ куратора, а Белов, наверное, никогда не станет тем, кем для него стал в свое время Мамонт. Дело здесь даже не в отношении Белова и Мамонта к нему лично. Просто Мамонт сильней. Больше. Не в физическом, конечно, смысле… Хотя и в физическом тоже. Но главное, он живет со вкусом. Не только работает, но и дружит. Вот сегодня он привел их обоих сюда, к Вартану. „А что – пообедаем, пообщаемся…“ Хотя он давно уже, наверное, по уши в других делах, но про отработку Рахманова и про этого Дэ Дэ именно он Денису рассказал, хотя мог бы и не рассказывать.
Может, ему даже инструкцией запрещено влезать в эти сферы, но он влез и рассказал. Потому что сильный. А если и не запрещено… Ладно, может и не запрещено, может здесь Мамонт курирует Белова, как Белов курирует Дениса? Все равно. Белов вот не делает ничего, выходящего за рамки инструкций. Он большей частью помалкивает, делает свое дело и помалкивает.
И когда возвращается домой, наверное, выбрасывает из головы все, относящееся к работе. В том числе и Дениса, и других людей, работающих под прикрытием на Контору…»
– Не дуйся, – сказал Мамонт, когда Вартан вернулся за стойку. – Все равно он будет наш.
Он хлопнул огромной ладонью по столу. Когда убрал руку, на столе осталась фотокарточка. Солидный, без особых примет человек лет около пятидесяти открывал дверцу автомобиля.
