Денис подумал, что с ними надо обязательно переговорить, крикнул вслед:
— Кто там у вас главный — передайте, чтобы подождал меня внизу!
— А ты что за член-корреспондент? — вяло поинтересовались пожарные.
— Следователь городской прокуратуры Петровский, — Денис полез в карман за удостоверением, но пожарные не стали его ждать, сказали «ладно-ладно» и погрохотали себе дальше.
На лестничном марше витал тошнотворный запах гари. В «предбаннике» на третьем этаже вода покрывала подошвы, плавали черные хлопья. Две пожилые женщины со свечками в руках тихо разговаривали, стоя на порогах своих квартир; обгоревшая дверь с табличкой 12 была снята с петель и стояла, прислоненная к стене.
Изнутри валил кислый дым.
— Моя фамилия Петровский, я следователь прокуратуры, — представился Денис. — Кто жил в этой квартире?
Женщины переглянулись. Одна спросила у другой:
— Как его… Гришук?
— Нет, Горейчук. Володя, — ответила та. — Жена с дочкой съехали в деревню, в Дятлово, там у них дом, а он здесь последние шмотки пропивал.
И книжки на рынок носил, пропивал тоже. Из-за него, из-за говнюка, позаливало весь дом… Слышь, это, Надька со второго прибегала, — женщина вновь обратилась к соседке, — они только-только ремонт закончили, восемь миллионов вколотили, целый месяц все хвост распускала: ой, какие у нас обои, ой, какие у нас потолки!..
— Зайдите с нами, будете понятыми, — попросил он женщин.
— Ой нет, потом по судам затаскают, — обе мгновенно исчезли в своих квартирах.
Вот так всегда.
— Найдите понятых! — скомандовал Денис участковому и осторожно, чтобы не запачкаться об обугленные стены, прошел по залитому пеной полу в квартиру.
Гостиная выгорела дотла, диван походил на остов потерпевшего крушение дирижабля, телевизор криво скалился трещиной в обугленном кинескопе. Окно было разбито, за пустым проемом стояла тихая звездная ночь.
«И что теперь?..» — подумал Денис.
Ослепительно вспыхнул блиц — раз, другой, третий… Савицкий сделал несколько снимков: общий вид комнаты, диван, телевизор, остатки стола, остатки кресла…
Определить очаг возгорания сейчас невозможно, поэтому он и снимает все подряд.
На каблуках Денис подошел к окну, выглянул. Паршнова видно не было, зато местный опер руководил целой группой жильцов, которые, подсвечивая себе фонариками, старательно искали гильзы.
— Поднимитесь сюда, товарищ! — крикнул Денис, испытывая неловкость от такого безличного обращения.
Но опер не обиделся и вскоре вошел в сгоревшую квартиру.
