Но она связана с «Витязем», и вы вполне могли взаимно расшифроваться!
— Черт! А я встретил одного хмыря с юрфака, Петровский его фамилия… Но он меня не заметил.
Майор выругался про себя. Агенты не должны видеть друг друга. За такой прокол полковник Заишный вполне может его самого превратить, в педика.
— Так почему внеплановая встреча? — Агеев сразу скомкал воспитательную часть беседы.
— Да потому, что сегодня «стрелка» из-за того кафе, ну «Пилота»! — нервно ответил Сергей. — Будет большое мочилово, возможно, со стрельбой! Мне предлагали взять пушку, я отказался…
— Действительно, зачем? У тебя своя есть, — спокойно сказал Агеев.
— Какая «своя»? Что задела?! — ощетинился Курлов.
— Такая. Девятимиллиметровый «браунинг», расточенный под макаровский патрон, — по-прежнему спокойно продолжил Агеев. — Когда ты нам Витька сдал с гранатой, ему терять уже нечего было, он сказал, что в «бардачке» и ствол был. Но пропал. А куда ему пропасть-то, если ты последним в тот «бардачок» заглядывал?
— Вы чего, мне дело шьете? — прищурился Сергей.
Он не собирался подставлять башку под пули и пришел отказаться. Но Агеев умело напомнил про Витька и про пистолет, выходило, что деваться ему и некуда. С такого крючка соскочишь, только если внутренности окажутся наружу.
— Что ты, что ты! — Агеев в притворном испуге замахал руками. — Мы же друзья! А между друзьями какие счеты. Если бы ты врагом был, я бы тебя за этот пистолет мигом на четыре года упрятал. Да еще подгадал в ту зону, где крестник твой, Витек, парится! А так я тебе только помочь хочу.
Так что там с этой «Стрелкой»?
— В шесть, на опушке, возле кемпинга.
— Хорошо. Мы сообщим в милицию, — деловито сказал Агеев. Про себя он прикинул, что делать этого нельзя: те работают топорно, а ведь даже при самой ювелирной работе провал «стрелки» вызовет подозрения, в первую очередь они коснутся новичков, и Кирпича мгновенно вычислят.
— Тогда я пошел.
— Счастливо.
* * *Правильный двухэтажный параллелепипед — это и есть школа. «Эс-Ша» номер девяносто пять.
Огромный говнисто-желтый кирпич, свалившийся с неба и угодивший на маленький пятачок свободного пространства между хрущевским кварталом и автобусной остановкой.
Денис пришел сюда после двух, полагая, что основная масса детей к этому времени успеет разойтись по домам, а основная масса учителей — еще нет. У крыльца топтались стриженые подростки, похожие на кучку окурков; двое дрались, умело фехтуя сухонькими кулачками, остальные смотрели.
