А потом я ел, возможно, даже рычал — не уверен. Впервые в жизни я, отрешившись от реальности, просто поглощал пищу. Практически не чувствуя ее вкуса. По ощущениям, прошла вечность, по факту — всего полчаса, до того момента, когда я наконец стал осознавать себя и смог адекватно посмотреть на мир, без кровавой пелены перед глазами.
— Эк тебя накрыло, -прокомментировала Этери, с восхищением глядевшая на меня. — Если мужик хорошо ест, значит, он хорошо поработал. Ты, судя по всему, поработал просто отлично.
Никогда такого не видела.
— Ох, — сыто отвалился я от порядком опустевшего стола. — Ты даже не представляешь, насколько. Этот столб — шок и трепет. Я там такого насмотрелся.
— Расскажешь?
— Низя. Это тайна рода. Поэтому напишу на бумажке — потом прочтешь.
— Зато теперь я могу воочию увидеть инсталляцию помоев на столе. Не путай с перфомансом.
— А в чем разница? — удивился я.
— Ну, если, например, ты кому-то нагадил под дверью — это инсталляция. А если нагадил, накрыл газетой, поджег и позвонил в дверь, чтобы посмотреть, что получится — это перфоманс.
Доступно?
— Более чем. И к чему это?
— Эрудицией своей хвастаюсь. Ну, и заодно приобщаю тебя к высокой культуре. И пока ты приобщаешься, уже заказала смену блюд, потому как ты съел то, что было рассчитано на троих с запасом.
— А ты богата талантами. Пойдешь ко мне управляющей?
— А чем управлять надо?
— Была бы управляющая, а чем управлять найдется. У меня много денег и большие, местами творческие планы на будущее.
Поэтому верные дамы мне нужны. Лучше уж грудь в руках, чем задница на горизонте. Ты подходишь по всем параметрам. Наверное.
— Я подумаю. Оседлый образ жизни не для меня. Но, возможно, к концу нашей поездки я изменю свое мнение. Все-таки просыпаться на мягкой постели лучше, чем в кабине машины.
— Прекрасно. Нам всем надо о многом подумать. Кстати, где эта бездельница? Все еще отмокает в ванне? Зови ее, будем лечить.
— А от чего?
— Да фиг его знает.
Я не силен в эльфийских болезнях. Поэтому вылечу от всего сразу.
— Интересно, — протянула она и буквально испарилась.
Спустя пару секунд послышался протестующий голос, мокрые шлепки по полу, и вот уже передо мной стоит Соль, закутанная в полотенце.
— А… — начала она, но договорить я ей не дал.
— По праву Владеющего я освобождаю тебя, Владеемую, от связи крови и жизни. Отныне ты свободна в мыслях и поступках своих.
