К нему шла белоснежная рубашка с золотыми запонками, туфли из кожи злобнозубого крокодила и максимально брутальные часы, которые за те деньги, что они стоили, могли, наверное, даже посылать матом.
Я же помнил, что меня, возможно, пригласят во дворец — а значит, я должен выглядеть не только дорого-богато, но и максимально брутально и независимо. Сутки, данные на размышления, подходили к концу — оставалось всего пара часов, поэтому я решил, что даже если мне костюм не понадобится для визита во дворец, то в нем вполне можно и жениться.
Как-то я читал книгу, где герой страдал, когда ходил по магазинам с девушками. Так вот, я не отношусь к подобным презренным лохам — от похода со мной страдали девушки. Я торговался как бог, дьявол и прочие высшие сущности. Я гонял продавщиц по всем отделам, отыгрывая капризного аристократа. Я мстил им за тонны пота и мужских слез, что обильно поливали пол этих сатанинских помещений. Когда я уходил, мне вслед махали кулаками и прочим оружием, желая сдохнуть, как только отойду подальше.
Я — Нагибин, и только что нагнул местный суперамаркет.
Остальные отделы я просмотрел вскользь — оружие, предлагаемое здесь, меня не заинтересовало, артефакты на мой утонченный вкус были откровенным хламом, о чем я, собственно, и сообщил ушлому гоблину, который в свойственной этой расе манере пытался меня нае… надуть, впаривая отличный защитный артефакт, что способен выдержать даже удар архимага.
Мы с ним долго спорили, обвиняя друг друга в близорукости и неспособности ценить настоящие вещи.
Дошло до того, что мы поспорили — мол, если арефакт выдержит мой удар, то я плачу его двойную завышенную стоимость. А если нет, то выбираю и забираю из его лавки любой другой, какой захочу. И причем бесплатно.
Герб Нагибиных был, конечно же, снят, поэтому гоблин и не догадывался, что под внешностью простого паренька скрывается самый крутой маг этого мира. И я бы, может, поддался и даже не стал бы его наказывать. Но хлам есть хлам, и за попытку меня надуть я всегда спрашивал максимально строго.
Правда, я его пожалел и все же повесил эту побрякушку на манекен, а не на самого гоблина, как тот хотел изначально, дабы доказать, как он уверен в своем товаре.
Ну, а потом я жахнул. Так, на полшишечки. Совсем чуть-чуть. Как итог, ни от артефакта, ни от манекена ничего не осталось. Даже золы.
После этого я забрал у него из лавки не самый дорогой, но очень, как мне показалось, полезный предмет — ароматическую булавку с мелким алмазом-накопителем на конце.
