Неужели ты думаешь, что я бы тут сидел просто так? Скоро я выйду и стану еще богаче, а те, кто меня сюда закинул, очень сильно об этом пожалеют. Главное, надо немного подождать. Судя по времени, еще часов пять. Так что иди домой и ни о чем не переживай. Как выйду, сходим с тобой в самый лучший ресторан. Подумай, что ты оденешь. Желательно что-то такое, что я смогу быстро снять, — подмигнул я ей.
— Ты неисправим, — вздохнула она с явным облегчением. — Ладно, я верю тебе и буду тут утром. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
— Мы, Нагибины, очень часто импровизируем. Но не в этом случае. Если бы тут был хотя бы малейший намек на опасность мне, я бы давно уже вышел. Или ты и вправду считаешь, что эти жалкие решетки могут меня удержать?
— Но ты же без магии, — кивнула она на адамантиеваые браслеты.
— Не все в этом мире решает эфир. А мою грубую силу никто забрать не сможет. В общем, это долго объяснять, а время идет. Иди отдыхай, а то будешь завтра невыспавшаяся, с темными кругами под глазами…
Раздался легкий стук каблучков, и вот я вновь один.
Немного подумав о превратностях судьбы, я наконец заснул…
Глава 20
Глава 20
— Нагибин, на выход, — раздался голос надзирателя, вырвавший меня из сладкого сна. Да, спать на деревянной, жесткой шконке было не слишком удобно, но я не привередливый. Надо будет, я и на голой земле засну.
— С вещами? — протяжно зевнул я.
— Если они у тебя есть.
— Эй, а повежливей нельзя? Не забывай, что с графом разговариваешь.
— Тут нет графьев, да князей. Вот выйдешь за ворота, будут тебе поклоны, да почтения.
А пока шевели булками и двигай вперед.
— Ты же понимаешь, что и я выйду отсюда, и ты выйдешь. Вот только я там сразу стану графом, а ты простолюдином. И уже я буду говорить тебе, что делать.
— Так ты сначала выйди. Да и пофиг мне — пуганый не единожды уже.
— Какие же вы все тупые, — опять я зевнул. — Даже наказывать вас неинтересно. Ладно, веди меня, куда там хотел.
Я не спеша вышел из камеры, чуть прошел вперед, и сразу в спину прилетел легкий тычок.
— Пошевеливайся!
Развернувшись, я пробил ему поддых, а когда он упал, добавил пару раз по почкам. После этого, подняв стонущее тело, которое настолько в себя поверило, что мало того, что приперлось одно, так еще и хамить мне изволило.
— Еще раз меня тронешь, будешь умолять о смерти! — зашипел я ему в лицо, а после, брезгливо отбросив безвольную тушку, зашагал наверх по ступеням. На память я не жаловался, поэтому просто шел знакомым маршрутом.
