Шуганул их истошным мявом, от которого сам содрогнулся — все-таки страшнее кошки зверя нет. Что, собственно, они и доказали, с воем ужаса убегая из проулка.
Потом я прошелся под окнами работающего борделя — не похоти ради, случайно забрел. Послушал, как ударно трудятся его работницы, подивился их самозабвенной отдаче — все бы с такой любовью относились к своему делу. И собственно, на этом все. Скукота.
Я протяжно зевнул, соображая, вернуться или еще побродить по ночным улицам, чтобы нагулять крепкий сон.
Спать еще не хотелось, но, чую, близится тот момент, когда захочу.
После недолгих размышлений я решил, что хватит с меня прохладных улиц, пора возвращаться в теплую постельку. Но кто бы меня спрашивал?
Пробегая мимо местной достопримечательности, я увидел, как в приветливо распахнутые ворота въезжают три грузовика, очень бронированной и помятой наружности. Ну, казалось бы, и что? Ночная поставка, и все такое. Но нет. Их сопровождал десяток очень серьезно настроенных бойцов, а сами машины тряслись от ударов изнутри.
Падазрительна!
А еще запахло деньгами и проблемами, чему я, собственно, абсолютно не удивился, потому как одно всегда сопровождает другое. И сразу столкнулся с дилеммой — лезть или не лезть. Любопытство схлестнулось в смертельной схватке с осторожностью, и первое, конечно же, победило. Потому как, чтобы меня завалить, надо очень уж сильно постараться.
Утешая себя, что я всего лишь одном глазком посмотрю и все, я побежал за ними, желая проскочить внутрь до того, как ворота закроются.
Успел буквально в последний момент, едва не налетев на невысокого мужичка с большим стволом, при более близком осмотре оказавшемся дамой. Нет, за формой сисек не было видно, но локон волос, выбившийся из-под шлема, и зачетная задница выдали ее с головой. Впрочем, это, конечно, мог бы быть и мужик, но я верю в хорошее и свою чуйку, которая ещё ни разу меня не подводила.
В общем, я прошел, прополз, просочился и замер, прижавшись к стене и соображая, куда двигаться дальше.
Потом, недолго думая (долго — это вообще не мое, если не касается постели), я в один прыжок — помогли тренировки в мире пикси, когда я с легкостью запрыгивал на ветку так, что даже листок не шелохнулся, — залетел на крышу машины и опять замер, притворившись частью обшивки."
"Грузовики, тихо фырча явно хорошими моторами, заехали внутрь, а после к ним кинулись рабочие, облаченные в доспехи.
