Семь Нагибов на версту часть 5

— Ты всегда так и делал. На словах грозный, а как до дела доходит, сразу отступаешь и прячешься. Ползаешь перед этими тварями на брюхе, забыв про гордость и честь!

— А много ли чести в том, чтобы держать кинжал Тьмы у горла беззащитной девушки? — спросил я, быстро обменявшись взглядами с Симуэлем.

— Это она-то беззащитная⁈ –истерически заржал он. Второй рукой, которой прижимал ее к себе, он схватил ее за грудь и сильно сжал. — Шлюха, забывшая свое место. Ну ничего, я ей его покажу. А теперь два шага назад, с*ки, иначе я ей перережу горло! Мы уйдем порталом, и я обещаю, что оставлю ее в живых…

Кинжал еще плотней прижался к ее шее, обугливая края кожи.

— Давай, — выдохнул я, и в этот момент произошло сразу несколько действий.

Тонкая игла льда вошла точно в глаз Алеши, пробив его щит, а мой эфир прочно сковал его руку, не позволяя ей дернуться.

Рывок, и вот уже бесчувственная принцесса у меня на руках, а на пол падает мертвое тело наследника рода Лопухиных. Лед, пробив глаз, вошел в его мозг и взорвался там.

На поднявшийся крик я уже не обращал внимания, стремительно вытягивая из тела Лизы эманации тьмы, что уже вовсю хозяйничали в ней, разрушая изнутри. Минута напряжённой работы, и вот уже все ушло. И даже шрама на её шее не осталось.

— Что будем делать с телом? — голос Эндрея вывел меня из легкого транса, во время которого я лечил девушку и заодно проверял, не пропустил ли чего.

— Мне все равно, — слабо отозвался Лопухин. По его лицу текли слезы, но голос был тверд.

Все наши договоренности в силе, Ямир Ярославович. Кроме, как вы сами понимаете, последнего пункта. А теперь с вашего позволения я вас покину — у меня впереди много дел. Желание Ее Высочества я услышал, и оно так же будет выполнено. Всего доброго, — поклонившись, он пьяной походкой вышел из кабинета.

Суров мужик, уважаю. Впрочем, за то, что воспитал такого ублюдка, уже нет, не уважаю.

— Сим, займись телом. Сожги так, чтобы следов не осталось. Полагаю, юридические моменты, касающиеся пропажи своего сына, князь уладит сам. Ну, а на крайний случай у нас запись есть — будет, что предъявить императорским ищейкам, если вдруг они заявятся. Но пока о том, что тут произошло, никому не рассказывать.