Семена Апокалипсиса. Книга 5

— Пора, — снова привлек его к делу безликий. — Как я уже говорил раньше, никто не может тебя научить, сила каждого уникальна. Или ты сделаешь и прорвешься, или умрешь.

Артём повернулся к нему с немым вопросом. Собеседник, угадав его, ответил:

— Если не сможешь, мы просто устроим хаотический портал. Для кого-то из нас он обязательно прибережет смертельный сюрприз, но твоя планета его точно не переживет, — спокойно разъяснил безликий. — Твой успех даст аборигенам, хоть и крохотные, но шансы. А теперь берись за дело.

Кивнув, Артём повернулся к чаше. Мыслями он перенёсся к обрывку сна, где видел гигантский портал, детально вспоминая этот момент. Медлить было глупо, а потому игрок начал высвобождать энергию атрибута.

Пространство вокруг подчинялось любым прихотям. Он ощущал себя дирижером, каждому взмаху палочки которого внимает целый оркестр. Очень скоро чаша в камне так переполнилась энергией, что она показалась в видимом спектре светящимся туманом. В этом Артему помогал обелиск, также источавший остатки силы.

Вокруг стояла мертвая тишина. Пара десятков существ запредельной мощи не издавали ни единого звука. Все они просто смотрели в пространство, ожидая исхода… того или иного…

Заполнив чашу энергией, Артём сделал следующий шаг. Вспоминая портал из сна, он выудил из памяти самое важное и кардинальное отличие последнего. Не в размере, нет. В его направлении. Переход был пробит очень «глубоко», отправляя путешественника за пределы Мира. Предстояло это повторить.

В этот момент расход энергии превысил все пределы, которые он раньше испытывал. Атрибут где-то внутри тела неприятно заныл, получая микротравмы. Ломило виски.

Артем ощутил себя пловцом, вдруг осознавшим, что если он сейчас не повернет назад, то сил на обратный путь к берегу не хватит. Мгновенно сработал инстинкт самосохранения, выработанный сотнями лет эволюции, заставляя прекратить отдавать силы. Парень оказался на распутье. Одна дорога вела к жизни, другая — к смерти.

Существа вокруг продолжали безмолвствовать, наблюдая за таинством. Человек в центре отдавал силы, производил таинственные манипуляции и снова отдавал силы. Его лицо то застывало в глубокой задумчивости, то озарялось вспышками вдохновения. Вместе с этим он отчетливо слабел.

Прошло несколько часов. Все это время никто не шелохнулся, ожидая исхода. К этому времени он походил на истощенную, хилую копию себя былого.