Хаджар ожидал увидеть внутренности твари, но та, истекая синеватой кровью, поднялась на “ноги” и зашипела.
— Будьте аккуратны! — закричал Хаджар. Он плечом перекинул через себя монстра, а затем прыгнул в самую гущу. Его Черный Клинок запел свою кровавую песнь. — Они невероятно сильны!
В этот момент из-за угла показались и остальные. Монстр, которого Хаджар перебросил через себя, не успел подняться, как на него одновременно опустились секира Гэлхада, клык-копье Радужной Обезьяны и молот Доры.
Слаженной атаки трех могущественных адептов хватило, чтобы превратить тварь в кровавое месиво.
Хаджар же, увернувшись от костяного копья, ударом ноги перенаправил его в глотку соседнему монстру. Тот не успел среагировать и оружие собственного сородича оборвало его изувеченную жизнь. Сам же Хаджар, оттолкнувшись от земли, свечкой перелетел через голову монстра и, развернув меч обратным хватом, вонзил его под затылок химере.
Как он и ожидал, меч мгновенно вошел по самую рукоять и, высунувшись с другой стороны, выстрелил несколькими разрезами.
Те отбросили назад десяток химер.
— Бежим! — выкрикнул Хаджар и бросился в расщелину."
"Рядом с ним тень выплюнула трех девушек. Вместе, поочередно, они юркнули в трещину. Химеры бросились следом, но их остановила столь мощная волна энергии, сорвавшаяся с секиры Гэлхада, что она буквально превратилась в смертоносную стену.
— Не так быстро, мерзкие морепродукты! — прогремел стихающий вдали рев великана.
Хаджар, вместе с тремя союзницами, катился вниз по желобу.
Там, где-то над головой, сражались его спутники и друг.
— Северный Ветер, — внезапно услышал Хаджар приглушенный шепот. — последний из Лазурного Облака…
А затем вчетвером они приземлились в залитом светом зале.
Поднимаясь на ноги, Хаджар увидел перед собой мужчину. Вернее — его спину. Он был одет в бирюзовые, изысканейшие одежды, черные волосы струились за спиной. Ветвистые, серые рога разделяли их на отдельные пряди, а позади дрожал хвост, похожий на перо павлина.
— Учитель Травес?
Глава 888
Глава 888
Мужчина повернулся и тот лучик абсурдной надежды, который теплился в сердце Хаджара, затух. Все же, то, что было мертво, не должно и не могло вернуться обратно в этот мир.
Лицо человеческой формы дракона действительно имело какие-то общие черты с Травесом, но не более того. Куда более резкие, грубые, в чем-то даже воинственные черты лица на покрытом шрамами лице.
