Вокруг него вскипала сама твердь, а над ним ярился огненный великан, давящий на титанический клинок, которым собирался если не рассечь, то раздавить вставшего у него на пути жука.
Что же, теперь Хаджар понимал, почему бой с воином-молнией отнял у него так много времени. Если он не ошибся, то этот воин был никем иным, как сыном и наследником Прокладывающего Путь племени Тулеп’Харус. Так что племя потеряло не только сына Говорящего, но и сына Прокладывающего Путь.
И, когда Хаджар понял, что все внимание огненного великана было сосредоточено исключительно на нем, он выкрикнул:
— Эйнен! Сейчас!
Из тьмы, позади отряда, появился облаченный в Радужную Обезьяну островитянин, на спине которого повисла Дора.
Эльфийка взмахнул руками и весь отряд окутали нити зеленой энергии, а затем они разом рухнули внутрь тени Эйнена.
Стоило только аурам отряда пропасть из потока Реки Мира, как Хаджар, зарычав не хуже истинного Хозяина Небес, использовал весь свой максимум.
Он направил остатки энергии из Ядра в физическое тело и, крича что-то воинственное, оттолкнул меч огненного гиганта в сторону.
Затем, согнув колени, он бросил себя в неистовом рывке.
Земля под его ногами взорвалась лавой и каменными клыками, её пронзавшими.
Черный туманный дракон впервые взвился не вдоль земли, а прямо к небу. Черный Клинок сверкнул, поглощая крупицы света. А огненный монстр взревел, когда полоса тьмы отсекла ему один из рогов.
Гигант попытался дотянуться до противника своим монструозным клинком, но тот лишь рассек воздух рядом с крыльями синей птицы Кецаль, за доли мгновения скрывшейся из виду.
— УНИЧТОЖУ! — донеслось в след Хаджару, бегущего по облакам прочь от места битвы.
За его спиной оставалось выжженное, залитой кипящей кровью, устланное остатками от тел Тулеп’Харус, поле. А рядом, в озере, полном русалок, уже скрылась окончательно разрушенная, поддавшаяся времени, гробница древнего Императора Драконов, который, все же, дождался своего преемника.
И теперь, где-то там, на дне озера, под охраной русалок, будет спать Клинок Мертвой Души, ждущий когда придет тот, кто будет достоин взять его в свои руки.
Такими не оказались ни Дерек, ни Хаджар.
* * *— Это уже входит во вредную привычку, — прокряхтел Хаджар.
Не без труда он принял полулежачее положение и, опершись спиной о ствол дерева, на секунду закрыл глаза. Когда же он их открыл, то нашел себя лежащим под циновкой около костра.
Пламенем занимался Карейн и Дора.
