Онлайн-библиотека книг
Голос, принадлежащей фигуре в балахоне, которая встала перед ним — скользнувшем со стены и упавшем на пол.
— Наставник Макин? — прохрипел Хаджар.
С него слетел Зов, а Черный Клинок вернулся обратно внутрь души.
— Ты хорошо сражался, младший ученик, — произнес, не оборачиваясь, сильнейший маг школы “Святого Неба”. — Прости, что я немного задержался.
С этими словами он сделал несколько пассов руками. Вокруг него вспыхнул десяток волшебных рун и иероглифов. Слившись вместе, они образовали магический круг из которого, пронзая уши тонким “Кья” вылетела громовая птица.
Хаджар никогда прежде не видел, чтобы кто-то сложил с такой скоростью заклинание уровня Императорской техники. И уж точно он не видел прежде боевого заклинания такой мощи!
Птица, мгновенно уничтожив уже изрядно надоевшую волшебную тьму, врезалась в огромный ледяной цветок, внутри бутона которого спрятался убийца.
Разбив вражескую защитную технику, она ударила в грудь убийце. Тот сделал несколько шагов назад и сплюнул кровью.
Позади его спины взорвалось торнадо из желтых молний. Они окончательно разрушили те остатки стены, которым повезло уцелеть за прошедшие несколько минут."
"Макин взмахнул рукой и разом вспыхнули магические огни внутри зала. Тьма окончательно исчезла, открывая вид на последствия хаоса, который здесь царил.
Макин взмахнул рукой второй раз и теперь не просто десятки, а сотни волшебных символов закружили вокруг него.
— Ни одна Ласканская шваль, — гремел его голос. Вокруг бушевали стихии.
И если раньше людей ослепляла тьма, то теперь сложно было что-то различить из-за яркого, белого света. Именно так выглядело эхо от невероятного по сложности и силе заклинания, которое Макин смог создать всего за несколько мгновений.
Хаджар и подумать не мог, что тихий Наставник обладает такой мощью!
Когда пропал белый свет, то на том месте, где только что стоял защищенный Зовом Повелитель, осталась лишь глубокая впадина.
Впадина, которая протянулась под землю на глубину, если верить нейросети, почти в километр.
— Спас…
Хаджар не успел договорить.
Его сердце пропустило удар.
Он, вновь обретя способность видеть, повернулся в сторону сада. Там, смеющийся, потрепанный, но живой Безымянный, стоял напротив лежащей на земле, тяжело дышащей Азреи.
