Онлайн-библиотека книг
— Вы — тени межмирья, однажды останетесь единственным, что будет существовать в этой вселенной, — голос Черного Генерала звучал, почему-то, печально. — лишь только затем, чтобы познать малую крупицу моего одиночества.
— Ты жалеешь себя, старый друг? Ты, тот кто вел могучее воинство на битву с нами? Тот, кто сражался с демонами и духами? Ты… жалеешь себя?
— Я жалею этот мир, старый враг, — Черный Генерал слегка повернул голову в сторону Хаджара, а потом посмотрел обратно на тень Дурхадира. — Однажды я уничтожу его.
Гримасса на морде-человека козла стала еще шире, а затем он и вовсе засмеялся лающе-блеющим смехом. Он взмахнул рукой и Фрея отлетела в сторону. Она, меньше мизинца, врезавшись в землю, выбила из неё такой пласт породы, что он мог бы легко сойти за высокий, скалистый холм.
— Когда мы, Темные Боги, захватим Книгу Тысячи и перепишем историю мироздания, то в ней не будет тебя, Черный Генерал, пес Яшмового Императора! Ты исчезнешь! И не будет ни твоей воли, ни твоего наследия! Мир не узнает твоего огня, не увидит твоей ярости, не будет петь о тебе песен и слагать легенд! Ты падешь в истинную тьму, во мрак и холод безвременья! И всем, что ты будешь властвовать, останется лишь истинное ничто!
На болоте, ненадолго, повисла тишина.
Нечто маленькое, незначительное и постепенно исчезающее.
— Что же, — вздохнул Черный Генерал. Он запрокинул голову и посмотрел на небо, устланное россыпью драгоценных камней далеких звезд. — лучше властвовать над истинной пустотой, чем служить ложной реальности.
— Глупец ты…
Черный Генерал взмахнул рукой.
Так показалось Хаджару.
А затем он увидел, как он сам взмахнул рукой. Его воля, неведомым для него способом, сплелась с именем ветра. Но не подчинила его и не стала его рабом, она, словно скопировав сам ветер, все его мистерии, стала его частью.
Фонарь, оставленный Безымянным адептом, находясь за чертой, которую не мог пересечь Хаджар, взмыл в воздух и врезался в зеленую печать.
Хаджар не понимал, что произошло. Он так же не понимал, почему его рука вернулась обратно, а воля перестала быть частью ветра.
Но печать, созданная ведьмой, стоило свету фонаря с ней соприкоснуться, рассыпалась на исчезающие во тьме осколки.
