Наследие столь могущественное, что полностью бы уничтожило сознание Хаджара, заменив его разумом первого из Дарханов.
И не важно, что Черный Генерал заявил, что Наследие принадлежит ему полностью и что Хаджар получит лишь одну технику — кто знает, сколько истины заключалось в этих слова.
Так что Хаджар отчетливо осознавал, что единственный его шанс на победу, это элемент неожиданности.
Император еще не видел его в бою. А даже если Тенед или Маганы успели поделиться информацией, то только касательно предыдущей его ступени.
— Да начнется поединок! — прозвучало где-то далеко над головой.
Через прорези шлема Хаджар ясно видел перед собой своего противника. Возможно — самого могущественного из тех, с кем ему доводилось биться в этой реальности.
Правитель Города Демонов был ограничен ритуалом, через который проходил, а Император Драконов… что же, это будет славная битва.
Хаджар призвал своего верного друга. Ветер коснулся его сознания и стал не только кровью в его венах и воздухом в его легких, но и наполнил собой меридианы и каналы, вспыхнув яркой звездой внутри источника силы.
Черные лоскуты тумана сочились сквозь броню Хаджара, а сам он ринулся в бой."
"Скорость, на которой он двигался, была такова, что каждое его движение не просто не создавало остаточных изображений, но и более того — от его передвижения на песке арены звучали взрывы. Казалось, что воздух не может выдержать того удара, что наносил по нему летящий в выпаде рыцарь.
Расстояние в тысячи метров Хаджар преодолел быстрее меньше, чем за долю мгновения.
И все, что свидетельствовало о том, что недавно он стоял совершенно в другом месте — опадающий за его спиной шлейф из черного тумана.
— А-а-а-а! — закричал он, давая выход ярости битвы и грохоту бушующего внутри ветра.
Для зрителей это прозвучало так, будто буря над головой вдруг переместилась на Пик Предков и разродилась жутким ревом, достойным самых могучих из их сородичей — Повелителей Небес.
Черный Клинок, оборачиваясь полотном тьмы, рассекая землю, выстрелил в восходящем ударе.
Черный Рыцарь обрушился на противника со своей его мощью. Будто сама тьма напала на спокойного Императора. Ни единого мускула не дрогнуло на лице правителя. Его глаза, все такие спокойные и невозмутимые, не выражали ровно никаких эмоций.
И за мгновение до того, как восходящий удар рассек бы его грудь, между двумя сражающимися возник диск духа и беса, выглядящий как серп и кинжал.
От их столкновение разлетелось эхо белых и черных вспышек.
