Хаджар не знал изначальных размеров страны Гиртай, но, судя по карте, аномалия не превышала размеров какого-нибудь не особо крупного баронства. Так что карты здесь не требовались, поскольку все и так знали большинство дорог и поселений.
Разве что после паводков или лесных пожаров, когда немного менялся ландшафт, кому-то могли потребоваться услуги картографа.
Сам же владелец заведения, скучающего вида молодой парень, читавший книгу, не проявлял к посетителю никакого интереса. И когда услышал, что требуются карты, указывающие путь к западным горам, то просто выложил на стол небольшой свиток и, так же молча, указал на ценник.
Нам нем значилась цифра девять.
— Только не вздумай спрашивать у него, как здесь найти стрелу Ирмарила, — шепнул на ухо демон, вновь появившийся из тьмы.
Хаджар удивленно вскинул брови.
— Просто не спрашивай и все, — развел миниатюрными ручками Хельмер."
"Говорят, Повелителю Ночных Кошмаров нельзя верить, так что Хаджар мог бы угодить в ловушку собственных ожиданий и опасений.
С одной стороны демон мог его обманывать и Хаджару все же надо было поинтересоваться о стреле, но, с другой стороны, а что Хельмер выигрывал, окажись он заперт здесь, в этой аномалии. Только если…
— Благодарю.
— Мягкой дороги, — пожелал юноша картограф и вернулся к чтению.
Хаджар вышел на улицу. Над головой уже мерцали незнакомые звезды — может настоящие, а может лишь иллюзии, воздвигнутые здесь Яшмовым Императором.
Светились окна мерцающим, теплым, желтым светом и люди, безмятежно, гуляли по улицам, заканчивая свои дневные дела и зовя детей обратно в дома.
Ни криков, ни блеска стали, ни напряжения или страха в воздухе.
Генерал шел по этому городку в сторону западного выхода и ощущал, как некая его часть тянула назад. Остаться здесь, в спрятанном от всего остального мира приюте, где нет ни распрей, ни алчности, ни постоянной борьбы за выживание.
Что говорило о нем возникновение такого порыва? За свою жизнь Хаджар понял, что, как и в случае смелости, когда та проявляется не в отсутствии страха, а в способности его побороть, то крепкий стержень и воля, позволяющие идти вперед, это примерно то же самое.
Малодушные порывы возникают всегда и у всех, но способность противостоять им, переламывать через колено, это и есть — воля.
Хаджар остановился на дороге и посмотрел на небо.
— Чего замер, Хаджи? — Хельмер ковырялся косточкой в клыках. — Горы к нам, увы, сами не придут.
