Ему не раз предлагали покончить жизнь самоубийством и прочее.
Но если это были лишь две крайности, то середину – самое распространенное явление, составляли “сочувствующие”. Они его жалели. И именно от этой жалости он, чудовище, и прятался в своем белоснежном замке."
"А потом ворвалась она – Елена. Человек, который его никогда не жалел. Часто на него злилась. Ругалась. Подшучивала. Смеялась вместе с ним. Что-то рассказывала. Сочиняла музыку. Заботилась о нем, но зная определенную грань, меру.
Ураган в его маленькой, налаженной, катящейся по наклонной, жизни.
Или в подобии этой самой жизни.
Трудно определить.
– Что это за бал? – спросил смайлик.
– Понятия не имею, – не задумываясь ответила Елена. – Никогда его здесь прежде не видела.
Они стояли под яркой вывеской с которой струился красный, неоновый свет. Несколько лент свисались всего в две буквы “DH”. Слева от D стояла девушка, с ангельскими крыльями, а справа – парень с хвостом черта и трезубцем.
Они смотрели друг на друга через эти две буквы.
– Бар “DH”… – летели пальцы по клавиатуре. – никогда о таком не слышал.
– Здесь много таких, – Елена первой отправилась вниз по лестнице. –постоянно закрываются одни и открываются другие. Порой – всего на неделю или на две.
– А ты откуда знаешь?
Странно, но у маленького подвального бара имелся механический пандус –площадка на рельсах, которая спускалась по нажатию кнопки.
Именно благодаря ей он смог спуститься следом за Еленой.
– Девушке надо как-то себя обеспечивать, … – мимо пролетела машина из опущенных окон которой на всю улицу орал последний их совместный трек.
– Выбор одобряю! – закричала Елена вслед водителю. – Но ты все равно мудак!
Из окна исчезающего немецкого спорт-кара высунулся средний палец. Интересно, знал ли водитель кому его показывает? Наверное – нет.
– О чем я… ах, да – я работала в таких. Выступала по вечерам. Прибыль делили с баром.
– Я думал, ты работала в баре Булгаков.
– Да, – кивнула Елена и толкнула входную дверь, оформленную в стиле салуна дикого запада.
– Но потом туда пришла Лана – её исполнение больше нравилось публики.
– Идиоты…
– Ну, голос у неё действительно был мощнее… Хотя – сейчас уже не важно.
– Ну да – ты ведь теперь звезда.
– Я не об этом, – засмеялась Елена. – бар закрыли.
Пройдя через узкий, тесный тамбур, они оказались в помещении бара. Странно, но Хаджару показалось, будто он уже здесь бывал. Во всяком случае, ему все казалось знакомым, чего просто по определению быть не могло.
