Если раньше он подозревал, что в племени Шук’Арка некромантию изучал Аблим, то теперь был уверен – нет, не Аблим.
Некроманткой являлась никто иная, как Анетт.
– Рекка! – закричал Хаджар и взмахнул рукой. – По моей команде – сними барьер!
После этого, встав позади Эйнена, он взмахнул рукой. Очередной трюк, теории которого его обучил Орун. Хаджар поднял над собой меч. Мистерии уровня Графства Оружия прошли сквозь его сердце и душу прямо к руке, затем соединившись с Черным Клинком они преобразились в хвост дракона, свитый в кольцо.
Если еще недавно Хаджар был способен защитить им только себя, то сейчас накрыл площадь в восемь шагов и закрыл весь отряд.
– Я больше не удержу, Северный Ветер! – едва ли не рыдала Анетт. Что-то причиняло её жуткую боль.
– Сейчас, Рекка!
Геран вытащила из земли клинки и из последних сил нырнула внутрь драконьего хвоста.
Глава 883
Обнаженная чернокожая сжимала в руках белесую субстанцию. Та постоянно меняла свою форму, но стремилась к внешнему виду обглоданного до кости черепа.
Из неё жгутами в землю опускались белые сгустки. Они исходили из начертанного на земле символа, на определенные участки которого Анетт успела положить связки костей, какие-то камешки и окровавленный лоскут собственного платья.
Когда Рекка вытащила клинки из земли, то каменная клеть потеряла подпитку энергией.
– Вааааар! – демон, рыча, крушил своим энергетическим молотом камни.
Щебень, разлетавшийся от его ударов, пробивал стволы деревьев, превращая их в решето.
– Варвар! – Эйнен открыл свои нечеловеческие, фиолетовые глаза. – Вместе!
– Давай!
Хаджар направил поток мистерий в сторону Эйнена. Тот сделал тоже самое. Радужная Обезьяна подняла щит черепашьего панциря. Он замерцал, засиял нефритом, а затем влился внутрь свернутого вокруг адептов драконьего хвоста.
Из призрачно серого тот преобразился в такой же зеленый, как недавно – щит Эйнена. Став намного плотнее, реальнее и сильнее, он завибрировал когда в него врезался дождь из щебня.
Хаджар с удивлением понял, что если бы они с Эйненом продолжили держать защиту по отдельности, то ничем хорошим для отряда это бы не закончилось.
Как минимум, многие лишились бы своей Императорской брони, в которую к этому моменту уже все успели облачиться.
Ударами молота элемент крушил каменную гробницу, а Анетт, крича от невероятной боли, когда вены её уже побелели, что, учитывая черный цвет кожи, выглядело весьма жутко –отпустила белую субстанцию.
