Но скользкий пират и контрабандист умудрился обхитрить Наставника школы Святого Неба и не только выучиться (выкрасть) у него многие знания, связанные с магией, но и, в итоге, отнять эту самую пилюлю, подменив её на ту, что все эти годы хранил Хаджар.
Их план, который они придумали еще несколько лет назад, наконец, сыграл.
И не просто сыграл, а с помпами и фанфарами. Как по нотам. Настолько гладко, что это даже пугало.
– Гладко, – прохрипел Хаджар. – да уж…
В одиночестве, в темной камере, где единственным источником света служил лишь алхимический костер, он мысленно возвращался в тот год, который провел в темнице королевского дворца Лидуса.
– Вы знаете, я ожидал чего-то более жуткого, – Карейн, облаченный в свои белые, с виду дорогие, но повседневные одежды, на деле являвшиеся Божественными Доспехами, стоял на вершине каменного укрепления.
– Кажется, если мне не изменяет память, – Том стоял рядом с ним. – Твой отец собирался отдать эти доспехи наложнице.
– Мой отец много говорит, – пожал плечами Карейн.
– но, уверяю тебя, я бы первым надел их на наложницу, чтобы потом с неё же их содрать. Тебе, малышь Том, не понять.
Динос стал пунцовым под цвет энергии, кружившей вокруг него.
– Умереть девственником, – вздохнул Карейн. – что за ужасное проклятье, малыш Том. Мне тебя даже жаль.
– Заткнись, Тарез, – прорычал младший наследник Хищных Клинков. – я сегодня не умру!
– Я знаю, Том, я знаю, – закивал сын богатейшего торговца Семи Империй. –просто сомневаюсь, что, хоть однажды, кто-то, будь то мужчина или женщина, по своей воле согреет тебе ложе.
Том грязно выругался и замахнулся мечом, но между двумя аристократами тут же возникла Дора. Закованная в доспехи, с тяжелым молотом в руках, она, несмотря на малый рост, выглядела живой осадной башней."
"– Если вы хотите с кем-то подраться, то, посмотрите внимательнее перед собой, уверена – найдете себе противника по плечу.
– А красотка-эльфийка… без обид, Эйнен, – Карейн кивнул стоящему рядом островитянину.
Заключенный внутрь Радужной Обезбяны, вооруженной клыком-копьем и щитом, похожим на черепаши панцирь, он не обращал внимания на словесную перепалку. – права она, малыш Том. Вон, смотри, сколько претендентов на твою постель.
– Я убью тебя, Тарез.
– В очередь, юноша, в очередь, – засмеялся Тарез, но несмотря на смех, взгляд его был цепок и тверд. – Проклятье… сколько же их там.
Весь отряд, за исключением Анетт, Акены и Хаджара, стоял на вершине укрепление.
