Сердце дракона. Том 11

– если вы хотели меня поздравить, то могли отправить гонца.

– Напротив, потомок Дархана, поздравлять здесь не с чем.

Агвар легонько кивнул и два десятка стрел, окруженных разноцветной энергией, вонзились в землю вокруг беседки. Они сформировали границы волшебного символа, который мгновенно вспыхнул сложным узором. Нити из него оплели беседку и закрыли её от внешнего мира.

Шансы нейросети, которые та демонстрировала, упали с тридцати процентов, до одиннадцати целых, пяти десятых.

Вот это уже куда более привычный расклад сил для Хаджара.

Из своих укрытий вышли лучники. Златошлемый Талис пристально следил за каждым движением Хаджара. На его тетиве покоилось сразу пять стрел.

Сам же Хаджар ощущал, как волшебный символ сковывает его энергию и мистерии. А вместе с давлением магии вдруг раскрылась и мощь дворца Агвара.

Она была не сравнима с силой гробницы древнего Императора Драконов, но, все же, смогла отнять у Хаджара десятую часть его потенциала.

– Нам нужна от тебя клятва, Дархан, – Агвар сжал птицу и та, хлопнув, превратилась в длинную, тонкую ветку какого-то дерева.

С виду сухую и простую, вот только от неё веяло ничуть не меньшей разрушительной силой, чем от деревянного кинжала, переданного Хаджару племенем Шук’Арка.

Глава 947

Сохраняя внешнюю невозмутимость, Хаджар ровным тоном, не выражающим никаких эмоций, спросил:

– И что это за клятва?

– О том, что ни при каких обстоятельствах ты не поднимешь меча, в самом широком смысле этого слова, против нашего народа, – Талесия сжимала заколку так сильно, что капли мерцающей, явно не человеческой крови, начали падать с его пальцев на пол беседки.

И там, где они упали, прорастали отдельные цветки розы, шипы которых выглядели куда страшнее стрел лучников. – И о том, что при первом зове, ты встанешь под наши знамена в войне нынешней и войнах грядущих. В свою очередь, мы поклянемся сохранить твою тайну и не передавать её никому и никаким возможным или невозможным образом.

Хаджару не требовались аналитические мощности вычислительного модуля, чтобы почуять ту самую вонь, о которой столько говорил Южный Ветер.

В обертке договора, Хаджару подсовывали, без всякого стеснения, очередной ошейник."

"– То есть, вы хотите, чтобы я стал вашим слугой, – Хаджар изогнул правую бровь и откинулся на спину. – вернее даже – рабом. И все это за простое обещание держать язык за зубами?

– Напомню тебе, принц Лидуса, – Агвар произнес это так, будто сплюнул. –что лучше быть живым рабом, чем мертвым глупцом.