Или на лед – скользить там в смоченных и обледеневших лаптях, надетых на шкуры – такая себе замена конькам.
Хаджар появлялся там редко. Что он, что Аркемейя, вызывали среди молодняка слишком большой ажиотаж, а постоянно отказывать просьбам сыграть или пообщаться было не с руки.
Что же до совсем маленьких, то они были заняты играми внутри самой деревни – им не разрешалось без старших покидать границу частокола.
Но дети не грустили.
Они строили большие снежные замки (простые валы, но им казалось, что это крепости великих воинов и героев) и вели оттуда прицельный огонь по ордам демонов, подступавшим к ним – их друзьями, братьям и сестрам.
Пока Хаджар шел к дому, в него тоже прилетело несколько снежков.
– Дядь Хаджар, – кричали ему дети. – а поиграй с нами!
– Дядь Хаджар! А почему ты такой большой?!
– Дядь Хаджар, а это правда, что ты заборол медведя?
– Дядь Хаджар, а кто сильнее – ты, или кузнец Васанг из деревни Щуплень?
Хаджар им улыбался, махал, в кого-то даже бросил снежком, но шел не останавливаясь.
Он уже не совершал той ошибки, что прежде, когда решил пообщаться с детьми.
В тот раз они повисли на нем гроздьями и терзали вопросами и расспросами вплоть до самой ночи. Так замучили, что если бы не подоспевшая на помощь Аркемейи, которую дети (да и не только они) считали волшебницей, причем не ясно – злой или доброй, то сидеть Хаджару с деревенским выводком и всю ночь.
Свернув с главной улицы (по совместительству – единственной) Хаджар направился через вырубку к стоявшему особняком дому травницы, который, собственно, и латал вплоть до самых холодов.
Получившийся результат его полностью устраивал. Нигде ничего не подтекало. Не продувало. Было хорошо и тихо. Но все равно уже появились наметки, что можно сделать к сезону тепла.
Надо и крыльцо поправить. Колодец новый прорубить. Поднять землю, чтобы можно было вырастит на ней сад. А то на общем уровне корни деревьев будут с колодцем за воду биться. А так – на пластах повыше попьют.
Да и баньку, может, срубить. Сам Хаджар в бане не топился ни разу в жизни, но Медведь Догар отзывался о ней так, что Хаджар до сих пор помнил.
А вот года через два можно будет подумать о том, чтобы рядом со старым срубом ставить новый – на две комнаты побольше, с хорошей горницей и двумя печами.
Так, просто на всякий случай и чтобы…
Хаджар остановился и, с усталым вздохом, размял, с хрустом шею и плечи.
– Господа, – окликнул он шестерых мужчин. – чем обязан?
И заранее было понятно, что ничем хорошим.
