Сердце дракона. Том 15

Ибо лишь твари межграниц, живущие в “ничто”, способны к его познанию.

— Эти дни стали эпохами, — ответил Дабладурт.

Он больше не боялся. Стоя под проливным дождем, потоками низвергаемым черным, тяжелым небом, он видел не жуткое чудовище или могучего воина, а лишь старика.

Измученного и уставшего. Мокрого и холодного, пытающегося сохранить последние частички тепла, кутаясь в прохудившийся плащ. Он чем-то напоминал плащ из рассказов прадеда о Пепле и том, что тот ходил в плаще сотканном из воспоминаний ветра.

— Эпохами заточения, — поправил Черный Генерал. — Но всему приходит конец, маленький гном. И заточение потомков тех, кто пошел за мной, окончено. Теперь они могут спать спокойно.

— Никто не может спать спокойно, Враг. Всех ждет суд и воздаяние по заслугам. В следующей жизни отразятся грехи прошлой и тот…

— Хорошо, если ты веришь в этом, — перебил первый из Дарханов. — ибо, как мне подсказывает мой опыт, все слова про возмездие после смерти, это лишь утешение для живых.

Чтобы те могли думать, что хоть где-то наступит справедливость и слабый сможет сравняться с сильным, но… Безымянный Мир только для сильных, маленький гном.

— Именно поэтому ты хотел его уничтожить?

Черный Генерал промолчал. Он молча взирал на черное небо, будто пытаясь отыскать в нем что-то такое, что ускользало от взора древнего монстра.

Монстра, который более не казался таким уж страшным.

— Зачем ты пришел, маленький гном? Зачем позвал истинными словами камень, заставив того делать то, чего он не хочет, — Черный Генерал кивнул на руку Дабалдурта, которую тот мгновенно спрятал в складках своей рясы.

Но черное пятно, которым покрылась его кисть, уже было не скрыть. — Земля помнит, маленький гном. Земля знает. Она слышала, как твой славный предок возглавил хирды гномов, отправившись вместе со мной на приступ Седьмого Неба.

— И за это поплатился жизнью, — сплюнул Дабладурт. — а гномы — свободой! Были времена, когда мы воздвигали крепости невиданной красоты! Когда мы бороздили моря и поднимались в небо, но боги прокляли нас на страдания под землей, на которую мы проливали кровь во славу твоего имени.

— Во славу свободы, маленький гном, не моего имени, а свободы. Той свободы, которую, в конечном счете, пытается найти каждый."

"— Ложь! — горячо воскликнул Эдин. Он размахнулся своим каменным посохом и направил его на Черного Генерала.