– Теперь ты навсегда будешь принадлежать Духу Меча. Никогда ты не будешь таким же, как весенний ветер.
– Я все еще слышу его шепот.
Губы Хаджара ползли по коже Нээн. Белой, будто снег и мягкой, как лучший шелк. От каждого их движения она вздрагивала и пыталась унять легкую дрожь в бедрах.
– И это, все что тебе останется, глупый генерал. Всю жизнь ты… – из её горла вырвался сладострастный стон. – будешь слушать его шепот и не сможешь… – она изогнулась дугой и Хаджар утянул красавицу в воду.
Он стягивал с неё многочисленные юбки, а она помогала ему освободиться от кожаных штанов. – не сможешь догнать. Глупый ген…
Договорить ей не дал очередной стон. Он любил её так, будто завтра уже не наступит. Будто в последний раз его губы пленили её стоны, а руки касались мягких округлостей. Она же отдавалась ему полностью и без остатка.
Среди света от воды, их тени множество раз сливались воедино и когда у входа в грот послышался вежливый кашель, они давно уже просто лежали, прислонившись к бортикам и молчали.
Каждый думал о чем-то своем."
"– Генерал, вас зовут, – отрапортовал телохранитель, старавшийся не смотреть в сторону обнаженных тел.
Не то, чтобы никто и никогда не видел Хаджара обнаженным, учитывая насколько часто он присоединялся к тренировкам на плацу. Просто, для простого воина было непривычно видеть прославленного Безумного Генерала, за столь обычным занятием, как плотские утехи. Это противоречило той ауре воинственности и непокорности, что следовала по пятам за Хаджаром.
– Спасибо, – поблагодарил Хаджар и взмахом руки “отпустил” своего верного помощника.
Тот счел своим долгом отсалютовать и исчезнуть из грота с той же скоростью, что и появился.
Хаджар все еще игрался с волосами Нээн и любовался её пышными, но такими упругими и крепкими грудями. В данный момент, как никогда прежде, он понимал почему Неро так сильно обожал женщин и даже боготворил их.
Генерал мог бы, наверное, променять целый мир на еще несколько часов проведенных в этом гроте.
Но, увы, он не мог себе этого позволить. Как не могла и Нээн. Они оба были заложниками свои собственных путей.
– Иди, глупый генерал, – ведьма поднялась, позволяя струйкам воды пробежаться по всем изгибам её тела.
Хаджар жалел, что этими струйками не были его пальцы и губы.
Она нарочита медленно и соблазнительно извивалась, надевая на себя юбки и застегивая ремешки.
