В отличии от противника, Робарг смог выдержать давление чужой силы лишь несколько мгновений. Затем его оторвало от земли и он, пролетев с десяток метров, побитой собакой покатился по земле.
Ударив ладонью по песку, Мастер смог изменить направление инерции и подкинул себя в воздух. Беззащитное положение, которым тут же воспользовался мало-мальски опытный боец.
Хаджар продолжал стоять на месте.
Он ждал.
Ждал, когда Робарг опуститься на ноги. И тот, не став медлить, тут же принял новую стойку. Скрещенные руки и сжатые в коленях ноги.
– Волк Северных Врат!
И теперь уже с каждого кулака срываются два красных звериных силуэта. Они намного меньше своего предыдущего собрата, но быстрее и атакуют с разных сторон. Оставляя на песке огненные всполохи, они воют и мчаться к своей добыче.
Один справа. Другой слева.
Будь у генерала щит, никто бы даже и не думал бы переживать за его жизнь. На как возможно мечнику, не способному держать двух мечей, защититься от двух атак, направленных с разных сторон.
Многие бросились было на помощь, но их остановил грозный взгляд командира медвежьего отряда.
Неро верил в своего друга так же, как в себя и знал, что Хаджара так просто не убить.
Генерал все так же стоял неподвижно. В ожидании, казалось бы, неминуемой гибели на его лице не дрогнул ни единый мускул.
Когда клыки волков, созданных закованными в латы ладонями, уже почти впились в шею Хаджара, тот сделал неуловимое движение. Движение, от которого поднялись потоки режущего ветра, оставившие глубокие царапины на доспехах ближайших солдат.
Впрочем, тем было все равно. Они своими глазами увидели, вернее – не увидели, насколько быстр был их генерал.
Казалось, что волки и вовсе застыли в воздухе, а в этот момент Хаджар достал откуда-то второй меч. На самом же деле, он сделал лишь два взмаха. Два настолько быстрых взмаха, что те слились воедино.
И сколько бы ни были шокированы солдаты, но Мастер был по-настоящему поражен. Он подозревал, что мало кто ощутил, что именно было спрятано в этой скорости.
Ибо даже будь Хаджар в десять раз быстрее, то не смог бы использовать всю свою силу в такой ситуации. И, в таком случае, волки бы вырвали ему глотку.
Но то, что ощутил Робарг, было нечто иным. Нечто, что он уже ощущал однажды. Когда-то давно, когда его принял в личные ученики Патриарх и показал свою силу. Тогда демонстрация взывала схожее чувство. Чувство энергии, намного более жестокой и концентрированной, нежели и можно зачерпнуть в Великой Реке.
