Сердце Дракона. Том 20

У каждого из них свой масштаб сложностей, но сути это не меняет и…

— Хаджар?

Генерал дернулся и посмотрел на Лэтэю. Ты немного обеспокоенно вглядывалась ему в лицо.

— Что?

— Я у тебя хотела спросить — что случилось?, — прошептала она, стараясь не мешать очередным пререканиям Шакха и гнома, перебивших оборотня. — ты выглядишь так, будто сейчас опять на лет пятнадцать запрешься для медитации.

— Это было всего один раз.

— Из-за чего нам пришлось без тебя отправляться к водопадам и у Артеуса с Шакхом теперь протезы.

Хаджар скосил взгляд в сторону левой ладони волшебника. Тот регулярно прятал её под шкурами и мехами. На ней, вместо пяти, осталось лишь три пальца. Указательный, большой и средний. Остальные стали предсмертным ужином Ледяного Угря. Мерзкая тварь, ступени Дикого Бога. Хотя последнее можно было и не добавлять. Все звери, что обитали в этих горах обладали силой Дикого Бога.

— Арнин, — Хаджар прервал перепалку и повернулся к волку. — ближе к делу, пожалуйста.

Он не стал добавлять, что у него не так много времени.

Даже при самых оптимистичных подсчетах, после той “сделки”, что он заключил у него оставалось не больше трех веков. Огромный срок для смертного и словно неделя для адептов вершины пути развития.

— Да, разумеется, — кивнул оборотень, после чего достал из-за пазухи еще несколько пергаментов. Как и тот, что с картой, они были заляпаны кровью, а несколько и вовсе — порваны или обуглены. — Это первая из проблем.

Арнин положил их на стол. Народ разобрал и начал по очереди вслух читать.

— Контракт с отрядом Стон Мертвеца, — проворчал Шакх. — Не те ли это угрюмые господа, с оружием из костей Диких Богов?

— Ага, — кивнул гном.

— Терпеть их не могу. Постоянно без очереди в “Безумце” за выпивкой лезут.

Все уже ждали, что опять начнется перепалка между пустынником и подгорным, но… этого не произошло. Тот редкий случай, когда они были слишком заняты размышлениями над тем, как бы не помереть в ближайшем обозримом будущем.

— О, а этих помню — Семнадцатые, — помахал пергаментом гном.

— я еще все думал, что за странное название — Семнадцатые. А потом вспомнил, как про человеков мне байку рассказывал третий дядя близкого друга маминой сводной сестры по линии…

— Их же тут не меньше десятка, — нарочито громко и быстро проговорил Артеус. Он взмахнул пальцами и пергаменты, взлетев со стола, засияли едва заметным мерцанием и буквы на них начали увеличиваться в размерах, после чего и вовсе соскользнули в воздух и так там и застыли.