Онлайн-библиотека книг
Похоже, «Сердце Дракона. Том 20» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Пока нас объединяет общая цель, мы ближе братьев и вернее псов, — произнес он слова универсальной кровавой клятвы и протянул руку Арнину.
Волк, немедля, повторил жест, а затем и сказанное.
Хаджар отнял ладонь и позволил ране затянуться, после чего, дождавшись сигнала Артеуса, взмахнул мечом и рассек пространство, открывая ставший уже привычным для Лисов путь по тропам ветра.
Один только Арнин едва не простился с обедом, когда тропа вывела их на противоположный склон.
Он с недоумением посмотрел на Лисов, а затем на покинутое ими плато.
— Почему мы…
— Цсс, — перебил его Шакх. — а то все пропустим.
И тут в очередной раз оборотень на мгновение подумал, что глаза подводят его.
Глава 1739
В самом центре горы, где прежде лед и снег властвовали над сущим, вдруг вспышка огненного безумия пронзила ледяную тишину. И будто небо затрепетало от предвкушения того момента, когда мир будет преображен этим неистовым порывом чужеродной для севера стихии.
Когда первые нити магии соткались в пространстве, Артеус поднял посох и ударил им о землю.
А затем внезапным порывом, выбившим дыхание у самого воздуха, взрыв огня и молний закружился в апокалиптическом союзе первобытных сил, который мгновенно испепелил своим раскаленным блеском покрытые снегом вершины.
Мир содрогнулся под давлением магии Артеуса и если прислушаться, то, наверное, можно было услышать хруст костей реальности.
Пламя ревело жадными драконами, пытавшимися в огненном дыхании присвоить гору себе. Снег шипел и стонал под их натиском, а его первозданный блеск мерк и чернел в яростных поцелуях огня.
Молнии, дикие и капризные, танцевали и кружились жрицами вокруг огня, а их искрящиеся прикосновения бросали вызов небесам.
Воздух пропитался запахом озона и горелой земли. Пьянящими миазмами он отражал не ограненную силу призванного волшебства.
"Какое-то время шторм из огня и молний еще бушевал над каменными пикам, а мир содрагался под воплями пылающей горы. Но вот Артеус еще раз ударил посохом и все стихло.
И нельзя было не задержать взгляда на том, во что превратился склон. Некогда первозданные пики гор были навсегда изменены обрушившимися на них первобытными силами. Камни теперь носили ужасные шрамы бесконечно глубоких, темных расщелин — немых свидетелей произошедшего.
