Только так они могли покинуть этот демонов каменный мешок.
Все же, Элейн была сильным практикующим. И уже почти тридцать часов, как её тело вполне сносно функционировало. Да, из-за полученных травм, в данный момент она была не сильнее тренированного смертного, но все же. Этого вполне бы хватило, чтобы пережить подземное путешествие.
И так бы оно и оказалось, находись на её месте Нээн, Лунная Лин, Лиан или Сэра. Но нет. Перед Хаджаром расхаживала его вновь обретенная сестра. Прекрасный садовый, заботливо взращенный цветок.
Сильная внешне, слабая внутри.
У неё не было того стержня, что гадами закаляли те бравые леди, с которыми Безумный Генерал прошел огонь и воду. Домашняя девочка, не знавшая ни голода, ни холода, ни пороха, ни стали.
И, слышат Небо и Земля, Хаджар был готов принести любые дары любым богам, в благодарность за то, что у сестры судьба сложилась именно таким образом. Просто конкретно в данный момент, это слегка мешало такой незначительной проблеме, как выживание.
– Принцесса, поймите, – в который раз объяснял Хаджар. – мы с вами в каменном мешке, неизвестно на какой глубине, неизвестно в какой части горы. И тот факт, что мы сюда попали благодаря целому ряду случайных обстоятельств…
– Делает вероятность того, что нас найдут, минимальной, – перебила Элейн, дословно повторив слова Хаджара. – ты мне это уже говорил не меньше десяти раз.
– Я надеялся, что на одиннадцатый вы меня, наконец, услышите.
– Я тебя слышу! – крикнула она, и Хаджар зажмурился из-за звенящего эха.
– Только хватит выражаться как придворный ученый!
Принцесса, все так же закусывая губу, расхаживала по пещере. Все это время она нервно теребила небольшой, шуршащий сверток ткани, прикрученный к поясу. В него она собрала примерно дюжину пучков редкой травы.
Хаджар и не подозревал, что в его сестре есть подобная жилка. Сам он нисколько ингредиентом не заинтересовался. У него не было ресурсов и знаний, чтобы использовать такую находку самостоятельно.
А объявись он с ней на достаточном крупном аукционе, и тут же личности, коих он в данный момент одолеть не способен, явятся по его душу и ингредиент.
В вопросах между жадностью и жизнью, Хаджар всегда выбирал жизнь. Да и к тому же, пока на его поясе висел меч, а перед глазами простирались бескрайние просторы, он чувствовал себя богаче любых королей.
И если с Лунным Стеблем все было в порядке, то каменный мешок на просторы не походил от слова “совсем”.
