Сердце дракона. Том 5

"

"Вот только услышав про имперскую монету, Санкеш едва сдержался от ухмылки. Да в Балиуме за такую сумму можно было целый военный отряд купить! Как, впрочем, и во всех варварских королевствах.

Нищие оборванцы…

В итоге варвар ушел с торгов за сумму в четверть имперской монеты. После этого потянулись обычные торги. Выставляли лот, рекламировали, потом продавали.

Хозяин каравана буквально безжалостно обдирал Северян. Живя в своей глуши, они практически ничего не знали о внешнем мире. Лишь раз в сезон, по весне, когда таяли снега, открывая проходы, они отправлялись торговать в столицу своей провинции.

И, что-то подсказывало Санкешу, что те, кому доверяли товары (в основном драгоценные меха) тоже были не прочь поиметь свое с невежества соотечественников.

– И, теперь, наконец, наши последние лоты, – будто заправский циркач, хозяин каравана указал на три фигуры на помосте. Девочку с матерью и Санкеша. – начнем с юноши. Зовут Санкешем. Крепок, здоров, высок для своего народа. Еще совсем молод – пятнадцати весен!

Он специально занизил возраст Санкеша, а во время описания характеристик, демонстрировал его зубы, показывал мышцы и стучал палкой о сухожилия.

Он не примнул упомянуть, что раб обязательно сможет сделать своему хозяину еще несколько рабов, для чего заставил Санкеша ненадолго приспустить штаны.

– Как вы видите, несмотря на малый рост, – по сравнению с Северянами, Санкеш действительно выглядел карликом. – он обладает весьма внушительными размерами…

Договаривать рабовладелец не стал.

Несколько северянок ужимисто хмыкнули, а мужчины разглядывали без всякой зависти. Исключительно с прагматической точки зрения.

Санкеш уже к этому привык. Более того, именно орган в штанах позволял ему уходить с торгов за наибольшую цену. Никому не хотелось покупать раба, не способного дать потомства. Многие их банально разводили и выставляли на продажу.

– Начнем торги с… половины имперской монеты!

Санкеш едва не поперхнулся. За такие деньги в Море Песка можно было купить артефактное оружия уровня Земли! Когда же торги дошли до полутора монет, он и вовсе оставил попытки мерить Северян по прежним эталонам.

Сам бы за себя он бы не отдал и двадцатой части от такой суммы.

– Две монеты, – прогремел тяжелый бас.

Вперед вышел седовласый мужчина. Старцем его язык не поворачивался назвать. Почти два с половиной метра ростом, шириной плеч он не уступал медведю, а крепкие мышцы были видны даже под мехами и кольчугой.

– Старейшина, – отсалютовал работорговец.