Их он не снимал с того самого момента, как покинул Долину Ручьев.
Признаться, он был несказанно рад, что они остались при нем. Язык не поворачивался их назвать “тряпьем бродяги” (коими они, по сути, и являлись), скорее – приносящим удачу талисманом.
– Не думай, что на этом разговор закончен, хитрая ты кошка.
Азрея и носом не повела. Разве что широко зевнула, демонстрируя ряды маленьких, но острых клыков.
Убрав котенка обратно за пазуху, Хаджар откинул одеяло и возблагодарил того дальновидного человека, что поставил рядом с его постелью костыли.
Он понятия не имел, сколько времени пролежал без движения, но мышцы, лишенные подпитки энергией, за это ему явно благодарны не были.
Схватившись за край кровати и избежав падения, Хаджар с кряхтением подперся костылями и заковылял в сторону выхода.
Здесь их было аж пять штук. По два с каждой стороны и один – центральный. Именно через него Хаджар и покинул лазарет. Он достаточно в них належался за время своей солдатской жизни и предпочел бы больше никогда там не оказываться.
Доковыляв до дверей, Хаджар, игнорируя легкую боль, открыл их плечом. Так же “процокав” костылями по длинному коридору, он вышел на улицу.
Поежившись из-за прохладного северного ветра, Хаджар, с тяжелой одышкой, прислонился к стене лазарета.
- “Никогда бы не подумал”, - мысленно говорил он себе, при этом медленно сползая по стене. – “Что такой короткий путь окажется настолько трудным для истинного адепта”.
Усевшись на ступеньки лазарета, Хаджар достал из пространственного кольца старую, местами потертую трубку.
Ему её когда-то подарила девушка, которую он так и не смог полюбить.
Ведь зачем прекрасной деве какой-то безногий калека?
Странно, но он всегда ассоциировал эту трубку с победой на кочевниками… которых вели за собой ласканцы. И, вот ведь ирония судьбы, теперь он закурил эту трубку именно под ласканским небом.
Оно, усыпанное звездами, выглядело почти так же, как и то, что светило над Дарнасом. Разве что на далекой границе восточного горизонта можно было заметить несколько незнакомых планет и звезд.
В детстве, Хаджар, слушая рассказы отца, дяди и бравых генералов о небесах вражеских, далеких стран, всегда восхищался этими историями, а теперь…
Теперь он смотрел на небо по-настоящему далекой страны. Более того – совсем иной империи. Хвала Высокому Небу, язык которой он успел выучить, а акцент, учитывая его музыкальный слух, никогда особой проблемой не являлся.
