Если в том мире, иллюзорном мире Земли он наслаждался плотью и алкоголем, то здесь его личным раем была битва.
Оказавшись за спиной Да’Кхасси, Хаджар ударил ногой под колено монстру. Тот, обладая строением тела, схожим с человеческим, тут же упал на крышу. Он машинально попытался защититься крыльями, но те уже представляли собой лишь лохмотья.
Черный Клинок, хищно сверкнув тьмой, вошел в грудь твари. Он пробил её насквозь и вытянулся с противоположной стороны.
Не позволяя, пока, мечу пожрать Дух твари, Хаджар направил в оружие свою энергию.
Та, соединившись с силой самого клинка, выстрелила из жала клинка.
Черный луч удара протянулся длиной полосой и заставил третьего демона, захотевшего воспользоваться смертью соратник, скрыться в защитной стойке.
Эти монстры привыкли биться лишь с другими монстрами и потому техники владения меча были им абсолютно не известны.
Хаджар позволил Черному Клинку попировать вдоволь. За одно мгновение мириады голодных жгутиков, заставляя демона буквально визжать от боли, опустошили его энергетическое тело.
Они разорвали узлы, выгрызая из них осколки Духа, они сожгли меридианы, выцеживая из них все тот же Дух. За считанные доли секунды некогда грозный, темно-серый демон, обратился в засушенную мумию.
Хаджар выдернул клинок из его груди и, еще до того, как упасть, Да’Кхасси прахом развеялся над крышей.
– Что, не нравится, когда вас самих жр…
Договорить Хаджар не успел. Его самого едва не сбила с ног огромная краснокожая туша. Сперва увернувшись, а затем усилием воли вытянув плащ, Хаджар поймал им пролетевшего мимо Степного Клыка.
Тот выглядел не лучшим образом. На груди страшная, резанная рана, обнажила реберную клетку, а на правом бицепсе отсутствовал здоровый кусок плоти. Края раны отчетливо выдавали укус.
– Меняемся, – с этими словами Хаджар, мгновенно оценивший обстановку, швырнул Степного Клыка в сторону поднимающегося Да’Кхасси, которого он ненадолго оглушил ударом в челюсть.
Сам же Хаджар, краем глаза замечая, как вялый Дерек сбрасывает с крыш лезущих Да’Кхасси, бросился на Повелителя Да’Кхасси.
К чести Степного Клыка, твари тоже пришлось несладко.
Её правое крыло, и без того превратившееся в лохмотья, было надрублено и теперь непрестанно кровоточило. Левая рука-лапа твари была точно так же надкушена. Причем надкушена таким образом, что предплечье, обнажая локтевой сустав, теперь висело на небольшом куске плоти.
Сама же тварь, не теряя самообладания, жевала кусок бицепса орка.
